Глубокое по содержанию интервью

Экономист: рост экономики – ничто, если жители не чувствуют на себе его плоды 

Глубокое по содержанию интервью

 

Romas Lazutka

О новых налогах, работе правящего большинства и правительства, сомнительных инициативах некоторых министров, росте тарифов на коммунальные услуги и пенсиях газета «Экспресс-неделя» поговорила с экономистом и социологом, профессором Вильнюсского университета Ромасом Лазуткой.

**********

 

В ближайшее время власти Литвы планируют ввести новый налог на автомобили, в этом сезоне по гражданам также ударит резкий рост цен на отопление и электроэнергию. Все это происходит на фоне обнародования новейшего отчета Департамента статистики, в котором говорится, что каждый пятый житель живет за чертой бедности.

– Профессор, правящее большинство, состоящее из консерваторов и либералов, работает без малого уже год. Можете ли вы оценить по десятибалльной шкале инициативы и решения действующей власти в социальной сфере?

– Пока не осмелюсь давать оценки. Контекст непростой – и пандемия, и беженцы. Что касается моей сферы интересов, то есть социалки, могу сказать, что сейчас благоприятные условия для изменений. Экономика продолжает расти, несмотря на небольшой спад во время карантина, зарплаты тоже быстро растут, увеличилось число трудящихся…

Уровень безработицы, если сравнить его с другими странами, где ВВП растет, к сожалению, по-прежнему довольно высок, но не так критичен, бюджет фонда «Содра» хорошо пополнился. Те, кто зависят от выплат, также могут чувствовать себя спокойно. Увеличиваются и пенсии… И нынешнее, и предыдущее правительство ставят себе это в заслугу, но давайте понимать, что это должно происходить и происходит автоматически.

– Что правительство делает с пенсиями?

– Исходя из механизма, предложенного Минсоцзащиты, средняя пенсия по старости в 2022 году увеличится на 14,34 цента – до 461,9 евро, а в 2024-м с 511,30 евро до 534,1 евро. В следующем году под эти нужды заложено выделить около 70 млн евро, в 2024 году – по меньшей мере 140 млн евро, однако, опять же, давайте понимать, что это всего лишь избыточные средства «Содры». Именно по той причине, что они избыточные их и решили направить на увеличение пенсий.

Важная инициатива правительства, которая уже одобрена Сеймом, внедрение выплаты одиноким пенсионерам. Фактически это можно назвать доплатой к общей пенсии, в этом году она составила около 29 евро, в 2022-м достигнет 32 евро. Конечно, это немного, но все же лучше, чем ничего. Пенсии в Литве и так непростительно маленькие, а если пожилой человек выживает один, то ему приходится совсем несладко. Это изменение особенно важно для женщин.

Их продолжительность жизни выше, но во многих случаях и пенсия у них меньше, есть большое количество вдов, поэтому дополнительные выплаты необходимы.

Также сейчас предлагается увеличить пенсии людям, у которых маленький стаж, но здесь будут большие дискуссии, по понятным причинам. Многие посчитают это несправедливым, но есть множество примеров, когда человек не виноват в том, что его стаж небольшой.

Когда рушилась экономика, не было работы, доходов, менялась модель управления, многим приходилось выживать, подрабатывать, работать не по специальности, нелегально или по свидетельству о предпринимательстве, которое не требовало взносов в «Содру». Сложно сказать, что правильно, а что нет, но я твердо убежден: государство не имеет права оставлять таких стариков не произвол судьбы с пенсией в размере 200 евро. Хорошо, что эта ситуация сдвинулась с мертвой точки и власти обратили на нее внимание.

– Какова ситуация с безработицей? Предприниматели бьют в колокола, утверждают, что вакансий – масса, но желающих работать нет. Мол, литовские граждане обленились… Насколько такая формулировка близка к правде?

– Правительство рассматривало вопрос об увеличении выплаты по безработице, но ничего конкретного предложено не было, поскольку сейчас и тут, и там со стороны работодателей и бизнеса раздаются возгласы, что, мол, люди не хотят работать. Однако статистика оспаривает это утверждение. Об этом говорят не только данные Службы занятости, но и Департамента статистики, которые более точны.

– Как вы оцениваете введение нового налога на автомобили (он будет привязан к выбросу СО2), который инициировал министр окружающей среды Симонас Гентвилас?

– Негативно. Это очень печально. Я понимаю, что на Литву в этом вопросе давит Европейский союз (ЕС), но это не означает, что мы должны ретиво брать под козырек. Я бы предложил нашим министрам сравнить цены на топливо и доходы граждан у нас и в других европейских странах.

В этом году я сам путешествовал на машине по Европе и могу сказать, что в Австрии, например, топливо стоит почти так же, как у нас, только зарабатывают австрийцы в три раза больше. Получается, что мы содержим автомобили, поддерживаем их в рабочем состоянии и платим за них, как жители Австрии. Такие траты несоразмерны с нашими доходами.

Продолжая тему, в прошлом году в Австрии ввели такой же налог, как хотят ввести у нас – он привязан к выбросу СО2, но давайте для начала мы дойдем до их уровня зарплат и социальных выплат, а потом будем вводить новые поборы. Если наш министр захочет поставить нам в пример Западную Европу, сказав, мол, что там к этому относятся спокойно, то я бы посмотрел на реакцию австрийцев, которым в довесок к налогу одномоментно в три раза увеличили бы цены на топливо. Вот тогда это было бы справедливое сравнение.

В качестве альтернативного варианта можно было рассмотреть увеличение акциза на горючее, и он будет рассматриваться, но эта мера тоже не совсем дальновидна, поскольку границ у нас сейчас нет. Такое решение может спровоцировать отток автомобилистов за рубеж – люди начнут массово выезжать за топливом, скажем, в соседнюю Польшу.

Давить на Литву со стороны ЕС не очень красиво, но и Литва как государство должна активнее отстаивать свои интересы – на уровне кабинета министров, парламентариев, депутатов Европейского парламента (ЕП), президента, но ничего этого не происходит.

– Есть риск, что этот налог больнее всего ударит по уязвимым группам населения, по лицам с низкими доходами – пенсионерам, студентам, многодетным семьям, но глава Минприроды утверждает, что закон направлен не против бедных, а против тех, «кто больше всего загрязняет окружающую среду». Что вы думаете о таком утверждении?

– Считаю, что это глупость. Если бы этот налог был связан с мощью автомобиля и непосредственно объемом потребляемого ежемесячно или ежегодно топлива, тогда в этом заявлении был бы смысл, но это не так. А если мы говорим о пожилых жителях в провинции? О стариках из райцентров? У многих есть старенькие автомобили, но ведь они на них почти никуда не ездят – крайне редко. На рынок, на кладбище, в поликлинику, если ее нет в конкретном местечке. Иными словами, эти машины чаще стоят, чем ездят, они не работают и никоим образом не загрязняют воздух, но налогом они все равно облагаться будут, и это несправедливо.

Очевидно, что жители Вильнюса, рассекающие по улицам, предположим, даже на самых новых автомобилях загрязняют окружающую среду куда больше упомянутых сеньоров, но их платить никто не обяжет… Говорить, что этот налог связан с экологией было бы лукавством. Это налог на имущество. В первую очередь, он ударит по людям с низкими доходами, а условные богачи и состоятельные люди, как это часто бывает, продолжат спокойно регистрировать машины на предприятия…

– Предполагается, что нынешний отопительный сезон станет настоящим испытанием для жителей страны. В среднем по стране цена за тепло увеличится на 30%, в Вильнюсе – на все 60%. Реагируя на ситуацию, правительство договорилось о регулировании тарифов с поставщиками. Цены на электроэнергию, газ и отопление остановят на отметках в 21%, 20% и 30%. Это хорошая инициатива?

– С одной стороны, да, но это решение принято с тем расчетом, что в будущем цены на отопление снизятся и стабилизируются, следовательно, добрать лишнее с граждан можно будет потом. Это нельзя назвать подарком и полноценной льготой – это отсрочка, а потом поставщики при согласии правительства захотят взять свое. С другой стороны, кабинет министров мало что может сделать. Цены на энергоносители увеличиваются во всем мире, приходится приспосабливаться.

Радикальный рост цен в Вильнюсе связан с тем, что не полностью введена в эксплуатацию когенерационная станция, поэтому город зависит от газа. Между тем в других городах основной ресурс – биологическое топливо, цена на которое тоже выросла, но все же не так серьезно, как на природный газ.

Также хотел добавить, что для людей с низкими доходами, для лиц из группы риска предусмотрены льготы и компенсационные механизмы, связанные с отоплением, они действуют уже довольно давно, но этого не хватает. Со своей стороны хочу добавить, что правительство могло бы предусмотреть льготы, которые связаны с обслуживанием домов, с вывозом мусора – это тоже стоит немалых денег и во многом является для них нелегкой ношей.

– Чем еще больна наша социальная сфера?

– Еще одна большая проблема Литвы связана с тем, что люди тратят много денег на лекарства. Тратят из своего кармана. Бывший министр здравоохранения Аурелиюс Верига попытался изменить эту ситуацию, но него обрушилась волна критики, общество не совсем поняло, что он хочет сделать. Систему компенсационных механизмов нужно улучшать.

Также у нас есть проблема неравенства, когда речь заходит об образовании. Государство не может обеспечить всем равные возможности. Нередко родителям приходится нанимать репетиторов, так как школа не может дать тот объем знаний, который необходим, но эта возможность есть далеко не у всех, и это увеличивает разрыв между детьми. Сегодня знания и образование детей, их возможность поступить на хорошие специальности в вузы зависят от того, в какой семье они растут, хотя по всем канонам международных организаций так быть не должно. Это долгоиграющая проблема.

– Откуда же брать деньги на улучшение всех этих проблемных точек?

– Литва далеко не так бедна, как некоторые пытаются представить. Если экономика растет и бурно развивается, а в нашем случае об этом говорят именно так, то и жители, уязвленные группы населения также должны чувствовать плоды этого роста. Для того чтобы пополнить бюджет, необходима системная налоговая реформа, суть которой можно свести к следующему – лица с очень высокими доходами должны облагаться бОльшими налогами, а не наоборот. Но об этом у нас говорят неактивно, ведь в стране действуют большие группы интересов, лоббисты, у которых есть деньги, влияние, дар убеждения и своеобразные рычаги давления на тех, кто принимает решения.

У меня нет больших претензий к нынешнему министру социальной защиты и труда Монике Навицкене, но в целом правительство совершает ошибки, а некоторые шаги – тот же налог на автомобили – непростительны. С одной стороны, они переживают за людей с низкими доходами, с другой – принимают решение обложить их новыми поборами, лишь увеличивающими неравенство.

Между тем частные предприниматели как ездили на машинах, закрепленных за предприятиями, так и будут ездить дальше, используя их для своих нужд. Если мы столь активно ратуем за внедрение «Паспорта возможностей», который контролирует жителей, то проследить за тем, как используются служебные автомобили, не злоупотребляют ли предприниматели таким положением, а как правило, это так, для властей точно не составит труда, но этого, конечно, не будут делать… К слову, поступлений в казну эта инициатива с налогом не принесет, лишь спровоцирует большой шум.

– Недавно вы крайне неодобрительно отозвались о деятельности министра экономики и инноваций, председателя Партии свободы Аушрине Армонайте. По вашим словам, она как глава ведомства занимается совершенно сторонними вещами, которые не входят в ее зону ответственности. Поясните свою позицию.

– Складывается ощущение, что действующий министр вообще не понимает, чем она занимается. Она чуть ли не активнее всех рассуждает и вносит предложения о «Паспорте возможностей», о двойном гражданстве, выступает с довольно громкими и противоречивыми заявлениями, связанными с внешней политикой, инициирует льготы для ресторанов и иностранных туристов, но это прерогатива совершенно других министерств.

Одна из последних «смелых» инициатив министра – льготный подоходный налог для реэмигрантов. Будто бы граждане, которые живут здесь, хуже тех, кто уехал. При всем уважении к эмигрантам…

Говоря о льготном НДС, такие меры обычно принимаются для того и по отношению к тем, кто из-за финансовых трудностей не может посещать рестораны. Если же с помощью государственных субсидий мы хотим поддержать отели, принимающих иностранных туристов, то это похвально, но чем гостиницы лучше производителей мебели, химической продукции, других экспортеров? Почему именно эти субъекты бизнеса должны оплачивать для иностранных туристов третью ночь в литовских отелях?

Кроме того, это несправедливо по отношению к нашим гражданам. Есть огромное количество лиц – пенсионеры, работники общественного сектора, учителя, которые не могут себе позволить отдохнуть в Паланге, посетить хороший ресторан, но для них никаких льгот мы не предусматриваем, вместо этого мы предлагаем их условным немецким, американским или израильским туристам, которые и так могут себе позволить потратить деньги.

Что касается подоходного налога, довольно наивно думать, что состоявшихся за границей реэмигрантов привлечет льгота в размере 200-300 евро, если их зарплаты в два-три раза выше, чем они могли бы получать в Литве.

На мой взгляд, министр занимается не экономикой, а политикой. Она ведет себя, как глава партии, делает соответствующие заявления, но во многом такие инициативы можно назвать безответственными и даже популистскими.

Впрочем, я вообще сомневаюсь в целесообразности содержать такое ведомство, как Министерство экономики. На мой взгляд, надобность в нем отпала.

– Полагаете, что Минэкономики можно ликвидировать?

– Откровенно говоря, да. Зачем оно нужно сегодня? Как правило, на пост министра экономики назначают тех партнеров по правящей коалиции, которым нужна какая-то репрезентативная должность, а функции этой структуры сомнительны. На заре независимости цель этой институции, которая тогда называлась Министерством хозяйства, заключалась в том, чтобы создать модель рыночной экономики.

Множество государственных объектов, госпредприятий, всевозможных субъектов нужно было денационализировать, приватизировать и изменить. С этой задачей успешно справились. Кто-то возразит и скажет: но ведь у страны остались госпредприятия, что есть сферы, где государство играет важную роль, контролирует их, выступает в роли регулятора…

Это правда, но надзор за важными для Литвы отраслями – транспортом, энергетическими объектами, сельским хозяйством – осуществляют Министерство транспорта, Министерство энергетики и Министерство сельского хозяйства. Вместе с ними ключевую роль играет и Министерство финансов. Так, для чего нам Минэкономики?

Недавно оно было переименовано и к слову экономика добавили термин «инновации», но для этого, как мне кажется, хватит и государственных агентств, которые курируют эти вопросы, ведут переговоры, привлекают инвесторов и таланты.

Более того, считаю, что министерство экономики во многом создает благоприятную почву для коррупции, ведь через него так удобно «лоббировать» предпринимателей, обещать и выделять ему какие-то особенные льготы, поддерживать определенную категорию предприятий, «покупать» расположение этого бизнеса…

– Европейская комиссия предлагает Литве увеличить пенсионный возраст до 72 лет. Очевидно, нас ждет еще множество дискуссий и споров по этой теме. Как вы смотрите на такую рекомендацию?

– Я не уверен, что это рекомендацию, нужно углубиться в первичную формулировку. Они в Брюсселе считают и руководствуются следующим принципом: число жителей из-за миграции сильно сократилось, значит, в будущем возникнет нехватка трудового населения, значит, поступления в «Содру» уменьшатся, значит, грозит дефицит бюджета, значит, экономика и социальная система проблема, значит, нужно что-то менять и увеличивать пенсионный возраст.

Но это предложение не учитывает важный фактор – здоровье жителей Литвы в 72 года в большинстве случае нельзя назвать хорошим. У людей масса проблем, львиная доля пенсионеров физически не может справляться с работой. Нужно думать, как увеличивать продолжительность и качество жизни. Пока значимых изменений не произойдет, увеличивать пенсионный возраст нельзя.

Кроме того, пожилые люди в Литве и так работают много. По статистике, по количеству трудящихся в возрасте от 55 до 65 лет, мы опережаем средний показатель по ЕС, то есть занятость в этой категории лиц у нас больше. Во многом людям приходится работать не потому, что они очень этого хотят, а из-за того, что пенсии слишком маленькие – на них не прожить.

При этом давайте не забывать, что есть определенный парадокс: с одной стороны, есть запрос на увеличение пенсионного возраста, работодатели, в свою очередь, восклицают, что нет рабочих рук, что работать литовцы не хотят, но и трудоустраивать пожилых людей никто не стремится. По крайней мере, всячески избегают этого. С другой стороны, если условный 60-летний человек отправляет свое резюме, в большинстве случаев его просто проигнорируют и на собеседование точно не позовут. Налицо дискриминация и стереотипы – нужно менять мышление и менталитет.

Денис Кишиневский, «Экспресс-неделя»

ru.DELFI.lt

31 октября 2021

Наш комментарий:

Анатолий Лавритов

-Хорошо подготовленное интервью успешно,если журналист владеет информацией по многим вопросам жизни в стране!Тогда такой диалог со специалистом, тем более высокого уровня знаний и практики, интересен для читателей, познавателен для политиков и простых граждан.Автор материала справился со всеми задачами и достоин похвалы за свой труд!

 https://m.delfi.lt/ru/news/article.php