Ольга Шелкова: помочь Новороссии – спасти Украину

Сегодня в гостях у портала «Русский век» Ольга Шелкова — дипломат, создатель интернет-проекта «Анти-оранж».

3.04.2015-1427972817img2

 

Работала в центральном аппарате МИД Украины, в посольствах этой страны в Тунисе и Швейцарии, была главным консультантом комитета по иностранным делам Верховной Рады.

С прошлого года  живет в России, является экспертом Фонда стратегической культуры, активно занимается журналистикой.

Ольга Анатольевна, расскажите, пожалуйста, читателям «Русского века» о себе, о том, как Вы боролись с неонацизмом на Украине. Ведь эта борьба, в конечном итоге, привела к тому, что Вас и Вашего супруга, известного публициста Александра Горохова, после случившегося государственного переворота внесли в расстрельные списки.

— Меня не внесли. Хотя неонацисты очень любят составлять всякие списки и строить из себя великих пинкертонов, разведка у них поставлена плохо. Нужно попасть им на глаза, как это произошло с мужем, который работал под своим именем как журналист и освещал судебный процесс в Харькове против организации «Патриот Украины». «Патриотов» судили за попытку убийства харьковского журналиста Сергея Колесника. А уже через мужа вышли на меня, угрожая выплеснуть в лицо кислоту. Мы обратились в милицию, но никто даже не пытался это расследовать, т.к. уже шли бои на Грушевского, пылали шины и заживо горел «Беркут». Угрозы в мой адрес звучали неоднократно и ранее, но никто их серьезно не воспринимал. Это было постоянным «звуковым сопровождением» антифашистской деятельности.

В борьбу с украинским нацизмом я включилась в 2004 г., когда увидела, какие силы поддерживают Ющенко, и услышала их риторику. Бандеровщина всегда воспринималась подавляющим большинством украинцев как нечто далекое и абстрактное, экзотическая маргинальность. Я, например, первого в своей жизни бандеровца увидела в Швейцарии, где работала в украинском посольстве.

Он укрылся от правосудия за границей, а на одном из мероприятий начал рассказывать о своих «подвигах» и «мальчиках-героях из дивизии СС «Галичина», которые москалями были лишены родины». Хоть дипломатический статус этого и не позволял, высказала ему в глаза все, что думаю, и демонстративно покинула мероприятие. Коллеги, кстати, поступок одобрили. Тем большим был мой ужас, когда я увидела, что в моем родном Киеве под оранжевыми ленточками скрываются его последователи. Из схронов, из заграничного изгнания нацизм пришел в мою страну.

Молчать, конечно, в такой ситуации не могла. Поехала в предвыборный штаб Виктора Януковича, на его митинг, который проходил на железнодорожном вокзале. Там нашла единомышленников, с которыми мы на протяжении всей «оранжевой революции» проводили митинги и автопробеги в поддержку Януковича. А когда переворот все же произошел, и можно было расходиться по домам, поняла, что смириться с этим не могу. Что может сделать один человек? Я начала писать статьи, которые размещала в своем блоге. Достаточно быстро мне оказали техническую помощь в открытии собственного медиа-проекта «Анти-оранж», который, что называется, «выстрелил». Ведь ничего подобного не было, антифашисты почувствовали себя проигравшими и в растерянности разбрелись по домам. И резко оппозиционный сайт оказался крайне востребованным.

Вокруг него собралось ядро сопротивления. Часть из этих людей вместе со мной принимала участие во всех акциях протеста. Например, мы останавливали марши УПА на Крещатике. Физически останавливали. Боролись со вступлением Украины в НАТО, работали в палаточных городках в поддержку антикризисной коалиции и против проведения незаконных досрочных выборов, которые Ющенко объявил «в четыре указа». Мы с мужем и ребятами, которые покрепче, охраняли по ночам Генеральную прокуратуру, которую Юшенко пытался захватить.

Что касается информационной работы, именно «Анти-оранж» первым перевел на русский язык и опубликовал польские материалы о преступлениях ОУН-УПА во время Волынской резни. Это те самые ужасные фото, которые сейчас активно используются российскими пользователями интернета. Установив  контакты с польскими антифашистами, мы помогли провести на Украине выставку, посвященную Волынской резне, которая благодаря В.Колесниченко объехала множество городов Украины. Привлекли поляков и к работе во время судебного процесса главы ПСПУ Н. Витренко о признании ОУН-УПА преступными организациями. Издали два тиража брошюры, раскрывающей правду о деятельности дивизии СС «Галичина».

Обо всех направлениях деятельности и акциях рассказать невозможно, я этим просто жила. Даже специально перешла из МИДа на работу в комитет по иностранным делам Верховной Рады, что позволяло расширить контакты с политиками-антифашистами. Оттуда и увольнялась, чтобы уехать в Россию после февральского государственного переворота, т.к. служить такому государству считаю для себя невозможным.

 — К власти на Украине пришла хунта, начавшая свой путь с кровопролития, провокаций, сожжения невинных людей и других тягчайших преступлений. Это вынудило Вас покинуть родной Киев, оставить всё и уехать в Россию, на Урал. Вы стали участницей госпрограммы переселения соотечественников. Этот процесс, насколько мне известно, для Вас прошел достаточно гладко, но в одном из своих интервью вы выразили надежду на то, что для граждан Украины будет введен упрощенный порядок принятия  гражданства РФ. Вы и сейчас считаете, что такой закон необходим? Может быть, стоит, особенно учитывая  количество украинских  беженцев, принять некую программу репатриации? Ведь не все могут участвовать в программе переселения соотечественников – несмотря на то, что для граждан Украины создан режим особого благоприятствования для участия в этой программе.

— Конечно. Вскоре после моего приезда в Россию был принят закон об упрощенном порядке получения гражданства людьми, предки которых являются выходцами из России в границах 1991 года (Федеральный закон от 20.04.2014 N 71-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О гражданстве Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» — авт.).

Таким образом, от достаточно простой возможности получить российское гражданство были отсечены все люди, семьи которых веками жили в Малороссии, Новороссии, на землях Всевеликого войска донского. Но это ведь тоже Россия, исторические русские земли, населенные русскими людьми. Киев, напомню, мать городов русских, а река Рось, которая и дала название племени русичей, находится в Киевской области. Новороссия заселялась людьми со всей Российской Империи, далеко не худшими людьми, готовыми изменить свою жизнь, тяжело работать для освоения новых земель, а значит, смелыми, решительными и предприимчивыми. Почему по воле троицы в Беловежье эти люди вдруг перестали быть русскими?

Мы помним, как произвольно кроили административные границы в СССР. Никто ведь не думал, что когда-то они могут стать границами независимых государств, враждебных России и охваченных этническим нацизмом. Мои предки, например, донские казаки, с XVIII века жившие в станице Луганской. Донские земли никогда не были Украиной. Как и Новороссия с Крымом.

Чем дольше я живу в России, тем больше понимаю, что мы один народ. Абсолютно один, со всеми достоинствами и недостатками. Нельзя тысячелетнюю историю русской государственности отсчитывать с 1991-го года. На Украине сейчас находятся миллионы людей, которые верны своей русской идентичности и подвергаются за это преследованиям. Жители юго-восточных регионов, кроме охваченного войной Донбасса, разумеется, находятся далеко не в самом тяжелом положении. Они в своей среде, в кругу единомышленников. Наибольше опасности подвергаются русские Киева и Западной Украины. Их мало, и живут они во враждебном окружении. Имея возможность получить российское гражданство, они могли бы вернуться домой, в Россию.

В России вы продолжаете писать, Ваши статьи публикуют такие издания, как «Фонд стратегической культуры», «Наша Родина» и многие другие. Считаете ли Вы, что Ваши знания, опыт, талант нашли в нашей стране оптимальное применение? Ведь если кого и считать экспертом в делах Украины, то именно Вас. Как Вам кажется, может быть, Вы могли бы сделать куда больше, если бы выступали не как независимый эксперт, а как сотрудник, допустим, некой государственной структуры, работающей над украинским вопросом? Думали ли Вы над тем, чтобы пойти в политику?

— О моих талантах будут судить читатели, но опыт у меня действительно интересный. Получилось так, что я совмещала государственную службу с общественной оппозиционной деятельностью и журналистикой. По закону это не запрещено, если не путать одно с другим, но большинство людей посвящало себя какой-то одной сфере. Общественная деятельность дает кругозор, убежденность и инициативность, а государственная служба – знания, как применить идеи на практике, понимание государственных процессов и законодательства.

Не хотелось бы ничего из этого терять, потому в качестве эксперта чувствую себя достаточно комфортно. Безусловно, хотелось бы большей обратной связи, возможностей видеть результаты своей работы в виде воплощенных решений. Было бы очень интересно работать в качестве эксперта в обновленном «Россотрудничестве», например. Если пригласят на государственную службу — конечно, пойду. У «государевых людей» особая психология, потому, если страна посчитает, что наиболее полезной я могу быть на государственной службе, приму к исполнению. Хотя, мне кажется, в качестве аналитика и советника смогу сделать больше, не растрачивая время на формальности, неизбежную «текучку» и ежедневные поездки в офис.

Что касается политики, я реалист. Удовольствие это крайне дорогостоящее и требующее больших заслуг перед гражданами России. В данном случае, активность за границей таковой не считается.

Для жителя Украины несколько непривычно, что государство проводит политику, отвечающую стремлениям большинства своих граждан, как это происходит в России. В таких условиях нет необходимости брать бразды правления в свои руки и строить собственные политические проекты. Здесь, как и в медицине, главное не навредить, помочь. Если под политикой понимать именно содействие в укреплении государства, эти планы имеют право на существование.

Мы беседуем с Вами в сложное для России время (впрочем, когда оно было для нашей страны легким?). Поделитесь, пожалуйста, тем, какими Вам видятся о перспективы разрешения украинского кризиса, (ведь именно он стал поводом для той атаки, которую обрушил на нашу страну Запад), какая судьба ждет Украину?

— Как Вы правильно заметили, Украина – лишь повод. Запад, прежде всего США, ни при каких обстоятельствах не устраивает сильная Россия. За последнее десятилетие наша страна во многом возродила свое влияние и начала принимать участие в формировании альтернативного проекта глобализации, основанного на взаимоуважении, партнерстве и равноправии. Процесс этот объективен, поскольку ни одна страна, даже такая мощная, как США, не способна быть единоличным мировым гегемоном.

Между тем, Вашингтон долгие годы строил свою экономическую и политическую систему таким образом, что без гегемонии она существовать неспособна в принципе. Потеря мирового лидерства приведет к краху американской государственности. Без России же альтернативные проекты мироустройства невозможны. Понимание этого возникло далеко не вчера. Достаточно вспомнить различные геополитические концепции извечной борьбы моря и суши, где сушей являлась именно подлежащая полному уничтожению Россия.

То есть, не возникни конфликт на Украине, он был бы спровоцирован в другом месте. Украина в данном случае не более чем антироссийский таран, и ее судьба, как любого тарана, незавидна. Тараны предназначены для того, чтобы быть разбитыми о ворота вражеских крепостей. Уже сейчас ради нанесения ущерба российской обороноспособности и промышленности принесена в жертву высокотехнологическая индустрия Украины. Миллионы людей с обеих сторон конфликта брошены в топку войны. Радикальное сокращение населения Украины вполне отвечает интересам США и в некоторой мере Европы, которые рассчитывают использовать опустевшие территории для размещения военных баз и сельскохозяйственного бизнеса на украинских черноземах.

Будущее Украины в такой роли – война, крах экономики, беспросветная нищета населения и диктатура для подавления сопротивления граждан. Причем, сама киевская хунта ввиду своих противоречий и непрофессионализма обеспечить диктатуру не способна. Тип государственности будет определяться заказчиками переворота и, в зависимости от их интересов, мы можем увидеть и сохранение фашистской и диктаторской «единой и неделимой», и ряд не менее фашистских и диктаторских феодальных княжеств под руководством компрадоров.

В одной из своих статей Вы писали, что «…Киев не просто недоговороспособен, а откровенно несамостоятелен в своих действиях. Единственным способом реального урегулирования украинского конфликта является отстранение от власти неофашистской хунты». Но коль скоро власти Украины являются марионеточными, то кто помешает кукловодам привести  в действие новых марионеток? Кто и каким образом, на Ваш взгляд, может решить проблему кардинально?

Новороссия. (Я изложу здесь концепцию, которая рождена в ходе совместного обсуждения с Александром Гороховым).

В Новороссии сейчас возникла альтернативная государственность. В отличие от киевской фашистской вольницы, государственность крепкая, народная и гораздо более соответствующая стремлениям граждан всей Украины, а не отдельно взятой Галичины. Подобная ситуация уже складывалась на Украине во время гражданской войны 1918-21 гг., когда националистическая УНР, Гетманщина и петлюровский режим вступили в конфликт с созданными украинцами же советскими республиками Харькова и Донецка.

Здесь так же. Жители восставшего Донбасса – граждане Украины. И если сейчас правительства ДНР и ЛНР объявят, что они претендуют на власть по всей территории Украины, это будет совершенно правомерно. Это полностью изменит природу конфликта. Если на данный момент он проходит в формате «сепаратисты против центральной власти», то желание Новороссии возглавить альтернативный проект Украины автоматически превратит конфликт в гражданскую войну. А запад окажется в весьма неудобном положении, если будет продолжать оказывать поддержку лишь одному из государственных проектов, фашистскому. В этом плане и антироссийские санкции станут выглядеть совсем по-другому. Как и заклинания о территориальной целостности Украины. Новороссия ведь тоже будет требовать целостности, но на антинацистких принципах.

Действительно, у правительств донбасских республик на данный момент нет военной возможности завоевать Киев. Но после разгрома украинской карательной группировки, принимающей участие в так называемой АТО, у Киева не останется военных подразделений, способных оказать адекватное сопротивление вооруженным силам Новороссии. Хунта и так собрала все наличные силы. Осталось дождаться, когда Украина вновь нападет — а нападет она непременно! — чтобы разгромить ее армию. И в условиях оперативной пустоты направиться в столицу, преодолевая очаговое сопротивление боевиков «Правого сектора» и территориальной обороны.

Конфликт между И.Коломойским и П.Порошенко и растущие противоречия киевского режима с олигархами работают на Новороссию. Если междоусобицы перейдут в горячую фазу, ДНР и ЛНР вообще могут оказаться единственными на территории Украины стабильными государственными проектами, способными собрать осколки страны под себя. Недаром остатки Партии регионов, предавшие Донбасс и в течение всей войны отсиживавшиеся в Киеве, внезапно заинтересовались вопросом участия в выборах в Новороссии и сформировали оппозиционное правительство в надежде перехватить власть. Единожды предавшим доверять, конечно, нельзя, но активизация конъюнктурщиков подтверждает перспективность новороссийского проекта.

Новороссии нужно помочь. И в военном плане, и в плане государственного строительства, и экономически. Чтобы у нее были силы и возможности вновь собрать страну, восстановить ее из руин и привести в Евразийский союз.

02.04.2015

Елена Ефимова