От конституции к конституции

Куда эволюционирует «элитная» мысль, туда рано или поздно начинает двигаться Основной закон

11.12.292

Андрей Колесников
Vedomosti.ru

11.12.2013

Конституции имеют значение. Тем более в идеократических государствах, каковым до сих пор является Российская Федерация. 

В воспоминаниях Федора Бурлацкого есть замечательный эпизод, когда рабочая группа по подготовке новой Конституции СССР (это даже не 1970-е, а самое начало 1960-х — столь долгим был путь к Основному закону 1977 г.) предлагает ввести пост всенародно избираемого президента. На что Никита Хрущев говорит: «Тут какие-то мальчики хотят снять меня с поста председателя Совмина, на это надо еще посмотреть».

Конституции — когда с опозданием, когда с забеганием вперед по шкале исторического времени — фиксируют реальные или чаемые результаты формирования политических систем. В 1936 г. уже было совсем все ясно с тем, куда движется страна под звуки маршей «красного Моцарта» Исаака Дунаевского. Но в Конституции еще остаются следы политической квазиконкуренции, легкий шлейф только что одержанной победы: ВКП(б) здесь пока только «передовой отряд трудящихся», «руководящее ядро всех организаций». В стройной, из стекла и бетона, как посохинские архитектурные объекты, Конституции-1977 партия уже «руководящая и направляющая сила», а сталинское ядро умелым образом переплавлено в брежневское «ядро политической системы». Даже сама эволюция конституционной мысли, повторявшая все пикантные изгибы генеральной линии — от оттепели к заморозкам, — находила отражение в тонких словесных кружевах: в проекте 1964 г. вторая глава называлась «Личность, общество и государство», а в итоговом тексте 1977-го — «Государство и личность». Есть разница? Что на первом месте, а что на втором? И куда исчезло общество?

Все это крайне важные вещи, как и расширение горизонта президентского правления до шести лет, и объединение Верховного и Высшего арбитражного судов. Как и предложения вернуть доминирующую идеологию в Конституцию и закрепить там же особую роль православия. При всей дикости это абсолютно естественный процесс: куда эволюционирует «элитная» мысль, туда рано или поздно начинает двигаться Основной закон. Ибо Конституция — еще и исторический, и ценностно-мировоззренческий документ.

Конституция, 20-летие которой собирается отмечать нынешний режим, вышедший из ее шинели, но смыслом своего существования видящий дистанцирование от Основного закона и того времени, когда он появился, закрепила результаты буржуазной революции начала 1990-х гг. Революции, создавшей основы современной российской государственности и экономики. Конституция прошла тот временной цикл, когда правящий режим начинает склоняться к замене некоторых ее положений — в соответствии с изменившейся ситуацией. Сейчас возможна «путинская редакция» Основного закона — закрепляющая результаты контрреволюции, длящейся как минимум 10 лет, с момента начала окостенения политической системы, ареста Михаила Ходорковского и поражения демпартий на парламентских выборах 2003 г.

Контрреволюция, как и революция, должна уметь защищаться. В том числе и методом коррекции Конституции.

Автор — обозреватель «Новой газеты»

Комментарий Анатолия Лавритова:

-Проще всего рассуждать в спокойной, даже комфортной обстановке конституционные проблемы. Россия во время восстания декабристов вообще не знала, что такое «Конституция» (восставшие на Сенатской площади подумали, что это родственница императора)! И только через 90 с лишним лет узнала от «большевиков» у власти, что такое Основной Закон государства. Совершенствование конституционного законодательство сопровождало Историю Советского государства поступательно:  от простого — к сложному. Вот только Конституция 1977 года не смогла уберечь государство  нового типа от развала… Конституция 1993 года при всей её значимости уже требует поправок. И они вносятся — пока руководителями государства. Хорошо это или плохо, увидим позднее (если доживём). А вот то, что происходит на Украине, имеющей Конституцию и опыт конституционного строительства, — пример попрания норм Основного Закона с помощью охлократических методов. Остаётся только одно: работать в конституционном поле без баррикад, «майданов», «вече», пикетов и пр.

Эта публикация основана на статье «Политэкономия: Контрреволюция защищается» из газеты «Ведомости» №230 (3492).

_____________

От редакции сайта. Предлагая нашим читателям эту и последующую статьи о действующей Конституции Российской Федерации, мы хотели только обратить внимание на её оценки людьми различной информированности, научного статуса и политической ангажированности. Со своей стороны отметим, что  оба являются гражданами России, по-своему желая ей добра и справедливости.

_____________

 

Конституция и режим несовместимы

11.12.1997624

Опасность разрушения главных правовых основ нынешней Конституции будет только назревать

Николай Розов
Vedomosti.ru

11.12.2013

 

Близится 20-летний юбилей нашего Основного закона. О том, что главные принципы Конституции 1993 г. — верховенство права, демократия и республиканизм, права и свободы граждан, равенство перед законом, разделение властей, федерализм, честные и свободные выборы, защита собственности, светскость государства и др. — не выполняются, говорят и пишут многие. Однако обычно при этом подразумевается, что через увещевания власти, конституционное просвещение граждан, чиновников или еще какими-то способами данное кричащее несоответствие можно смягчить: суды сделать более независимыми и справедливыми, драконовские антиконститционные законы дезавуировать, а то и отменить, политические репрессии прекратить, надвигающуюся тотальную цензуру остановить и т. д.

Ясно, что политико-правовой режим в сегодняшней России никакой не «переходный», он уже сложился, заматерел и чуть не каждодневно демонстрирует гражданам свои «достоинства». Судя по уверенной динамике деградации тех качеств государства и правовой системы, которые утверждены в основных принципах Конституции, режим с нею уже не совместим. Доказать этот тезис можно, рассмотрев природу режима, способ его функционирования и самовоспроизводства, но это будет долго и сложно. Примем тезис в качестве предположения. Что же следует тогда из принципиальной несовместимости путинского режима и Конституции?

Похоже, в среде правящих групп и кремлевских идеологов понимание этой несовместимости уже наступило (раньше, чем в среде оппозиции, что не редкость, увы). Поэтому режим будет менять Конституцию «под себя», для чего, собственно, и создается Конституционный совет при президенте.

Публика застыла в ожидании президентского послания, намеченного на 12 декабря, где будут сказаны и судьбоносные слова о нашей Конституции. На самом деле не так уж сложно предугадать основное содержание этих слов. В официальных речах В. В. Путина слова и тезисы редко радуют новизной, но также редко — откровенной скандальностью. Будет много сказано вполне юбилейных слов о «ценностях Конституции», важности ее сохранения и т. п. Тут же будет повторено, что «аккуратно менять» отдельные статьи Конституции все же можно и нужно. План таких изменений, скорее всего, будет пока фигурой умолчания — это уже не юбилейный разговор.

А что все-таки потом будут менять в Конституции? Конечно же, те статьи, которые больше всего мешают режиму, те, которыми любят потрясать протестующие и несистемная оппозиция. Пробный шар был уже брошен полпредом Совета Федерации в Конституционном суде: убрать запрет на государственную идеологию (ст. 13, п. 2), из-за которого, дескать, никак нельзя воспитывать подрастающие поколения в духе общечеловеческих ценностей. Постоянно раздражают власть также статья 14 (о светскости государства и равенстве религиозных объединений), статьи 23 и 24 (о тайне переписки, сборе и хранении персональных данных), статья 29 (о запрете цензуры), конечно же, статья 31 (о свободе мирных собраний граждан).

При уже начавшихся экономических трудностях и явном снижении популярности власти, при росте сомнений общества в ее легитимности особое внимание будет уделено статье 56 (о чрезвычайном положении, о допустимых рамках ограничения прав и свобод).

Несложно заметить, что все статьи-раздражители входят в первую и вторую — особо защищенные — главы Конституции. За пределами этих глав не очень понятно, что может всерьез мешать сложившемуся режиму, разве что порядок выборов и полномочия местного самоуправления захотят урезать, чтобы уже никогда не переживать из-за «слабоуправляемых» мэрских выборов.

Однако для внесения изменений в 1-ю, 2-ю и 9-ю главы необходим созыв Конституционного собрания (ст. 135). Рано или поздно нам возвестят радостную весть о будущем созыве такого собрания: ведь действительно многие солидные конституционалисты давно говорят о несовершенстве Конституции, о необходимости ее обновления, вот пусть публика и начнет эту перспективу рьяно обсуждать (все равно весь процесс при нынешних Думе и Совете Федерации полностью «управляем»).

За гладкими словами с непременным упоминанием «ценностей», «духовности», «нравственности», «традиций» и «гуманизма» будет скрываться такая суть: «Действительно, Конституция ельцинская была нужна для “переходного периода”. Так мы уже и перешли! Правда, не туда, куда вначале хотели. Вот и хорошо. Запад ведь погряз в своем финансовом кризисе, мультикультурализме, толерантности и разврате однополых браков. А мы перешли туда, куда и положено, — стали Высокодуховной Православной Евразийской и Русской Цивилизацией. А для закрепления этого перехода нужна Скрепа — новая Конституция, теперь уже путинская».

Такую заготовку будут держать до более подходящего момента, чем юбилейные торжества. В послании будет лишь брошен очередной пробный шар с целью анализа общественной реакции. Скорее всего, явно или скрыто вопрос о созыве Конституционного собрания будет поручен новому Конституционному совету. Так что опасность разрушения главных правовых основ нынешней Конституции будет только назревать.

В этой ситуации главным актуальным лозунгом протестного движения и настоящей оппозиции становится: «Руки прочь от главных принципов Конституции, от статей о правах и свободах граждан!» Что делать, если же эта важнейшая глава будет изнасилована с открытием зеленой дороги для государственной моноидеологии, цензуры, бесконтрольной слежки и подслушивания, клерикализации школы и т. д. (а в политических и правовых «принципах» и повадках нынешних думцев и сенаторов уже никто не сомневается)?

Следует открыто игнорировать это насилие, печатать и распространять прежнюю Конституцию, которая в будущем грозит превратиться в запрещенный — «подрывной» и «экстремистский» — текст. Впрочем, уже сейчас статьи Конституции на полном серьезе воспринимаются властью как экстремистские.

Итак, осознанная властью несовместимость сложившегося политико-правового режима с Конституцией-юбиляршей с наибольшей вероятностью приведет к ее сближению с реальным режимом через разрушение ее стержня — важнейшей главы о правах и свободах граждан.

Но есть и другой, пусть пока отдаленный и плохо видимый вариант устранения противоречия. Если сложившийся режим несовместим с Конституцией, то, может быть, не мучить Конституцию, а сменить режим, причем как раз в сторону соответствия нового режима главным ценностям и принципам Конституции, о которых долго и пафосно будут скоро вещать со всех высоких трибун? Вопрос интересный и требующий отдельного обсуждения.

Автор — профессор Новосибирского государственного университета

Эта публикация основана на статье «Основной закон: Конституция и режим несовместимы» из газеты «Ведомости» №230 (3492).

Комментарий Анатолия Лавритова:

2012-8-28 14.00.

-А кто-то ещё сомневается в демократических основах нашей российской действительности! Когда-то за призывы Руси «к топору!» мыслителей буквально распинали на дыбе. Сейчас можно говорить всё и во всеуслышание! Но если есть Конституция и в соответствии с нею власть строит свои действия, работают законодатели и политики, предприниматели и учёные, учителя и врачи, рабочие и крестьяне, служат военные, мыслят люди умственного труда, функционируют все ветви власти, — то, причём  здесь понятие «режим» с привязкой к тому или иному главе государства? Неужели России предстоит сомневаться вечно в своей полноценности? Неужели киевский «майдан 2013 года» ничему не учит? В том числе и пренебрежительное отношение митингующих к собственной Конституции и прочим законам? «Режим чрезвычайного положения» — это понятно! Это из области юриспруденции!  В другом понимании — режим питания, постельный режим и т.п. — это понятие определяет только соблюдение щадящих норм поведения человека с целью ускорения его выздоровления!

http://www.vedomosti.ru/opinion/news/19976241/konstituciya-i-rezhim-nesovmestimy#ixzz2n9P3MZf5