РЕЛИКТ ПРОШЛОГО В СОВРЕМЕННОМ ИСПОЛНЕНИИ

9.07.2015-Шв.8c6ff63c46cf65eac434

Л.Шевцова: «Путинология заменила политологию». Ведущий исследователь Института Брукинса – о состоянии экспертного сообщества в России

МОСКВА – Российское экспертное сообщество находится в состоянии деморализации, а сама профессия эксперта-аналитика по внешней и внутренней политике безнадежно деградирует, убеждена ведущий исследователь Института Брукинса Лилия Шевцова*.

*****

От редакции сайта.Мы решили предложить нашим читателям вышеозначенную информацию в иной подаче — вначале данные из Википедии и биографии, затем комментарий Анатолия Лавритова, а потому уже и текст интервью нашей гостьи-соотечественницы.

Цель такого построения — заявить сразу о нашей позиции и видении происходящего соотечественниками за рубежом.

______________________

*Лилия Фёдоровна Шевцова (7 октября 1949, Львов) — российский политолог, доктор исторических наук. Окончила Московский государственный институт международных отношений (МГИМО) МИД СССР в 1971 году, Академию общественных наук при ЦК КПСС.

«Лилия Шевцова являлась председателем программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского Центра Карнеги и ведущим сотрудником Фонда Карнеги за Международный Мир (Вашингтон).

Л. Шевцова была профессором Высшей школы экономики, профессором политологии МГИМО МИД РФ, заместителем директора Института международных экономических и политических исследований РАН, директором Центра политических исcледований Института мировой социалистической системы АН СССР. Она также преподавала в качестве приглашенного профессора в Университете Беркли (США), Корнельском университете (США) и Джорджтаунском университете (США), работала исследователем в Международном исследовательском центре Вудро Вильсона. Она являлась членом Исполнительного совета Международного института по стратегическим исследованиям (Великобритания), председателем Глобального Совета «Будущее России» и членом Глобального Совета «Терроризм и оружие массового поражения» Международного экономического форума в Давосе.

Л. Шевцова входит в редакционные советы журналов American Interest, Journal of Democracy, «Демократизация». Она является послом по продвижению программы «Глобальная перестройка» Давосского международного экономического форума, главным научным сотрудником Института экономики РАН, ведущим исследователем Королевского института международных отношений (Чатэм Хаус, Великобритания), членом Исполнительного совета Международной ассоциации «Женщины за международную безопасность» (WIIS), Исполнительного совета фонда «Либеральная миссия» и фонда «Новая Евразия», а также членом правления Института гуманитарных наук при Университете Бостона (США)».

http://carnegie.ru/experts/?fa=502

 

МНЕНИЕ АНАТОЛИЯ ЛАВРИТОВА:

2012-8-28 14.00.

«Эксперт — специалист, дающий заключение при рассмотрении какого-нибудь вопроса». Мне, как бывшему прокурорскому работнику, доводилось работать в судах и в период следствия со специалистами, которые разъясняли доходчиво, почему и как они построили заключение по тем или иным вопросам следователя или суда (с прокурором совместно).

К примеру, о пальцевых отпечатках на вещественных доказательствах, о почерке, о характере телесных повреждений и последовательности нанесения их жертве, о психическом состоянии виновного и подсудимого, о его вменяемости при совершении преступления и прочих вопросах , на которые следователь либо суд САМИ не могли ответить при принять решения.

В период развала СССР и после него появились эксперты-политологи, экономисты, биржевые работники, которые со своим западным опытом КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО ХОЗЯЙСТВОВАНИЯ «помогли» России и  другим составляющим Российской Империи «избавиться» от социалистической системы жизни страны и хозяйствования, от прежних кадров управленцев на всей территории страны и в различных областях жизни общества, от работников спецслужб (КГБ) и партийных функционеров. Тогда и свои, и иностранные «эксперты» больше ломали, нежели строили. Но нельзя же бесконечно воевать с Россией, которой уже все эксперты-ломовики уже не нужны. Вот и застонали они — специалисты разрушений, а не созидания.

Если бы госпожа Шевцова проявила свои способности в дипломатии и давала заключения по вопросам международного права, деятельности ООН, в посольско-консульской практике разных государств, то её можно было понять, учитывая её образование и научную деятельность. Но она решила быть гуру для политологов – порой современных гадателей на кофейной гуще и даже шарлатанов с претензиями на ведущую роль в жизни общества. Но нет пока такого суда, который мог бы воспользоваться их услугами при разрешении вопросов вчерашних и сегодняшних событий на постсоветском пространстве с Гражданской войной на Украине. И если когда-то состоится Трибунал о военных преступлениях киевских правителей на Донбассе, то и тогда судьи вряд ли воспользуются услугами политологов.

И только в одном случае к ним – западным политологам – могут прислушаться судьи Трибунала, который Нидерланды предлагают учредить по сбитому в небе Украины пассажирскому лайнеру «Боинг 777» с привлечением к суду…России(?). И даже в этом случае западные политологи вряд ли признают, что против России идёт информационная война, в которой используются все грязные технологии электорального воздействия на простодушных и доверчивых людей. Торопитесь попасть в число таких «экспертов», госпожа Шевцова!

А что касается употребляемых ею терминов с окончаниями «…логия», то чего только  ни придумают шарлатаны, чтобы показать свою «научную значимость»!

_______________________

 

9.07.2015-4973496rc570x427

МОСКВА – Российское экспертное сообщество находится в состоянии деморализации, а сама профессия эксперта-аналитика по внешней и внутренней политике безнадежно деградирует, убеждена ведущий исследователь Института Брукинса Лилия Шевцова.По её мнению, экспертиза в стране подменена откровенной пропагандой, а политологи играют роль шарлатанов при Кремле.Об этом, и не только, Лилия Шевцова рассказала в эксклюзивном интервью Русской службе «Голоса Америки».

Виктор Васильев: В своих последних статьях вы часто касаетесь удручающего положения «экспертного поля» в России и «экспертов-охранителей». Почему эта тема представляется вам актуальной сегодня?

Лилия Шевцова: Взглянуть на состояние современной экспертизы, исследований внутренней внешней и внутренней политики, на то, как аналитики рассматривают нашу реальность и какие рекомендации они предлагают обществу и власти, исключительно важно в рамках нынешнего этапа, когда, в целом, рушатся очень многие стереотипы. Разваливается прежняя мифология, которая существовала на протяжении предыдущих 20 лет после распада Советского Союза. По сути дела, интеррегнум (междуцарствие – В.В.), который возник после 1991 года, кончился. Очень многие представления о реальности оказались уже не актуальными. Собственно, западная политическая мысль и западное политическое мышление тоже ищут ответы на возникшие во внешней и внутренней политике новые вызовы. Необходимость пересмотра прежней мифологии, клише и стереотипов важна и для нас.

В.В.: Как вы характеризуете создавшееся положение в затронутой нами сфере?

Л.Ш.: К сожалению, ситуация с экспертизой на нашем политическом поле не просто катастрофическая. Ее даже нельзя определить термином «кризис». Потому что не может быть кризиса того, чего нет. Приходится констатировать, что скорее всего мы имеем дело с деморализацией экспертного сообщества, с деградацией профессии эксперта как таковой. Конечно, в России еще остались очаги независимой экспертизы. Но они превратились в своего рода гетто, где люди не имеют выхода ни власть, которая в них не нуждается, ни на общество, которое занято своим собственными проблемами. В конечном итоге, мы видим явление, когда власти удалось превратить экспертизу, зачатки которой возникли в 90-е годы, – в политтехнологию. Если вспомнить, в свое время мы рассматривали политтехнологов как этаких шарлатанов и недоучек. Сейчас шарлатаны определяют качество и состояние экспертных оценок, исследований, которые, очевидно, появляются на столе у руководства России.

В.В.: Наверное, это не единственная проблема?

Л.Ш.: Экспертиза также трансформировалась в пропаганду – откровенную, агрессивную, дворовую или более-менее интеллигентную. Либо экспертиза была заменена порой достаточно умными, интересными журналистскими эссе. И здесь мы видим, как опера подменяется водевилем. Журналистика, несмотря ни на что, отнюдь не может заместить длительный процесс академического исследования. В конце концов, экспертиза превратилась в некоторый вектор, стремление объективизировать реальность. Эксперты взялись просто писывать тренды, вызовы и так далее: «Россия повернулась туда, Путин развернулся сюда». Но такой объективизм и холодное дистанцирование не дают ответа на вопросы: почему происходят эти явления и куда они ведут?

В.В.: Отчего, на ваш взгляд, происходят подобные метаморфозы в российском экспертном сообществе?

Л.Ш.: Очень многие видят, что у них нет иного выхода выскочить из «гетто» на медийном уровне, вот они и занялись, например, психоанализом Владимира Путина. Так путинология заменила политологию, и мы теперь призваны думать, каково состояние ума нашего президента, что он собирается предпринимать в ближайшее время. Между тем, система самодержавия, персоналистской власти, которая утвердилась в России, достаточно сложная, в ней много подсистем, «подводных камней». Поэтому сведение экспертизы к вышеупомянутому ведет к тому, что в обществе получают извращенную, ложную картину российской реальности. Да и власть тоже предоставляется неадекватное восприятие этого образа, что ведет к искаженной политике.

В.В.: В вашем понимании, эксперты пытаются влиять на политическую конъюнктуру Кремля или же, наоборот, они выполняют своеобразный социальный заказ?

Л.Ш.: Все-таки первоначальная и основная заслуга в том, что у нас нет ни адекватной общественной науки, ни экспертизы по внешней и внутренней политике, принадлежит власти. Власть не нуждается в понимании того, что происходит. Власть заинтересована в том, чтобы политическая экспертиза, медиа, наука и вообще все специалисты разговорного и пишущего жанра оправдывали и легитимировали то, что ей кажется необходимым, и подавали в нужном ключе. Поэтому наши эксперты и переквалифицировались в пропагандистов. И, кстати, очень многие по собственной вине. Вот сейчас Глеб Павловский откровенно признает, что участвовал в вырубке экспертного леса в то время, когда был экспертом при Кремле. Он действительно считает это своей ошибкой. Павловский и его команда способствовали тому, что экспертиза превратилась в помощника власти по скупке голосов электората. А теперь политолог заявляет, что вертикаль власти предстала перед страной не только без штанов, но и без всего, что они скрывают. Однако ведь и само понятие «вертикаль власти» некогда было придумано Павловским. Следовательно, многие из нас также несут ответственность за произошедшее.

Лилия Шевцова

Виктор Васильев

19.06.2015

http://www.golos-ameriki.ru/content/vv-liliya-shevtsova/2829460.html