Неисправимый оптимист

Блестящему экономисту, академику РАН С.Ю. Глазьеву – 60 лет

Неисправимый оптимист

 

Сергей Юрьевич Глазьев принадлежит к плеяде ученых, которые радеют о благе своей страны, не поддаются чуждым влияниям, не подстраиваются под власть и готовы отстаивать свои идеи до конца, невзирая на лица.

**********

 

Сергея Глазьева называют человеком, бросившим вызов системе, заядлым противником либеральных реформ, которые он изучал на заре перестройки в кружке экономистов, возглавляемом Гайдаром. Но что бы ни говорили о нём ярые противники и оппоненты, даже они вынуждены признать его заслуги как выдающегося ученого мирового уровня, автора концепции глобальных технологических (мирохозяйственных) укладов, развившего идеи выдающихся экономистов Николая Кондратьева и Йозефа Шумпетера.

Открытые и доказанные Глазьевым закономерности полностью опровергают господствующие в современной экономической теории либерал-монетаристские догмы, которыми у нас в стране прикрывались люди, расхищавшие национальные богатства страны.

Академик Глазьев – автор более 200 научных работ по экономике, многие из которых, как уверяют его коллеги, достойны Нобелевской премии. Ведь он, по сути, предсказал крах «однополярного» миропорядка, неизбежность постепенного перехода к обществу социальной справедливости на основе планового управления экономикой.А значит, олигархический капитализм в России неизбежно должен смениться построением справедливого солидарного общества с новой идеологией, в которой соединятся воедино интеллект и совесть.

Сергей Юрьевич никогда не «плыл по течению», не разделял разрушительных взглядов и идей своих либерально настроенных коллег, а последовательно отстаивал свою точку зрения как ученый, как гражданин. А когда дела в экономике были совсем плохи, не паниковал, не строил мрачных прогнозов, а предлагал свои научно выверенные пути спасения народного хозяйства. За это Глазьева прозвали неисправимым оптимистом.

Да, Глазьев начинал карьеру в правительстве Гайдара, но Родиной не торговал. Сегодня мало кто помнит, что на посту министра внешних экономических связей именно он, Глазьев, стремился спасти страну от разграбления с помощью экспортных пошлин на вывоз сырьевых товаров, механизма валютного контроля, тарифа на импорт. В лихие девяностые он борется с утечкой капитала, пишет программу поддержки несырьевого экспорта.

В 1993 году Глазьев активно продвигает создание в России финансово-промышленных групп (ФПГ), которые бы остановили разрушение хозяйственных связей, обеспечили структурную перестройку народного хозяйства в условиях проводившейся в то время грабительской приватизации, готовит соответствующий указ президента.

А после антиконституционного указа Ельцина о разгоне парламента окончательно порывает с командой «младореформаторов» и возвращается на должность главного научного сотрудника в ЦЭМИ РАН, где продолжает изучение закономерностей долгосрочного экономического развития, разрабатывает рекомендации для спасения российской экономики.

К мнению академических ученых в то время не присушивалась, считая их рекомендации, отличные от избранного курса шоковой терапии, устаревшими. И только в Госдуме находилось место настоящей дискуссии. Возглавив комитет по экономической политике, Глазьев добивается принятия федеральных законов о прогнозировании, регулировании внешнеэкономической деятельности, госзакупках, антимонопольном регулировании, некомммерческих организациях, ограничению оборота алкогольной продукции и многих других.

Мне довелось познакомиться с этим замечательным человеком, когда он работал начальником Информационно-аналитического управления Аппарата Совета Федерации (1996-1999 гг.). Сергей Юрьевич много раз выступал у нас в «Парламентской газете» с разоблачениями либеральных экономистов. Мы первыми опубликовали материалы организованного им парламентского расследования о банкротстве (дефолте) государства в августе 1998 года. По итогам этого расследования Совет Федерации поименно назвал лиц, причастных к созданию критической ситуации в стране, рекомендовав запретить им впредь занимать государственные должности. К сожалению, это решение до сих пор так и осталось неисполненным.

Парламентарий Глазьев выступал против приватизации РАО ЕЭС, Лесного, Земельного, Водного кодексов, которые нанесли огромный вред национальному достоянию, добился прекращения разрушительных реформ министра Михаила Зурабова, разработал альтернативную программу социально-экономического развития России.

В 2012 года С.Ю. Глазьева приглашают работать в Администрацию президента. Он вплотную занимается вопросами развития евразийской экономической интеграции, а с 2019 года занимает пост министра по интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии. Под его руководством разрабатывались Стратегические направления развития евразийской интеграции, принятые в конце прошлого года главами государств Евразийского экономического союза (ЕАЭС).

В это самое время, можно сказать, и пробил час Глазьева. Теперь его идеи уже не вызывают того неприятия, с которым их ещё лет пять назад встречали непримиримые либералы. Сегодня даже Алексей Кудрин, как однажды заметил президент, «и тот перековался и дрейфует в сторону Сергея Глазьева».

А ведь еще совсем недавно к Глазьеву на посту советника главы государства относились как к экономисту, который «порой исходит из академического бэкграунда и высказывает экспертную точку зрения по тем или иным моментам». При этом пресс-секретарь президента Дмитрий Песков уточнял, что «далеко не всегда точка зрения Глазьева является выражением официальной позиции главы государства или Администрации президента».

В марте 2014 года, когда «игра в санкции» только начиналась, Глазьев советовал власти не бояться применить зеркальный ответ: «Если США заморозят наши активы, то, соответственно, пассивы наших организаций в долларах тоже будут заморожены. Это означает, что наши банки и предприятия не будут возвращать американским партнерам займы». Такой шаг вмиг отрезвил бы западное сообщество.Но тогда его предложение встретили в штыки: никто не думал, что санкции примут затяжной характер.

Через несколько лет слова Глазьева о том, что мы вполне можем отказаться от долларовой зависимости, стали пророческими. Крепкие торгово-экономические отношения с нашими партнерами на Востоке и на Юге, по мнению экономиста, позволяют нам уже в ближайшее время «найти способ не только обнулить нашу финансовую зависимость от США, но и выйти из этих санкций с большой выгодой для себя». И этот способ вскоре был найден – в виде использования в международной торговле криптовалюты.

А ведь совсем еще недавно, в середине 2019 года, представители Центробанка заявляли, что не могут назвать ощутимых преимуществ от введения цифрового рубля и при этом опасаются большого количества рисков. Не прошло и года, как позиция главного денежно-кредитного регулятора страны резко поменялась. Введение цифрового рубля, как теперь признает главный банкир Эльвира Набиуллина, поможет России (в случае ужесточения санкций) отказаться от SWIFT – международной межбанковской системы передачи информации и совершения платежей.

Неожиданное прозрение финансовой элиты позволило увидеть в крипторубле множество плюсов – от укрепления финансовой системы страны до избавления от влияния западных санкций. Наш крипторубль (он будет находиться вне банковской системы, в «электронных кошельках» Центробанка) собираются приравнять к наличным и безналичным деньгам и разработать под него отдельную систему расчетов.На Западе такое поведение Центробанка России сочли «неуважением» к МВФ, Всемирному банку и другим глобальным финансовым структурам.

Впрочем, сегодня в условиях санкций нам никто не мешает отказаться от советов постороннего и начать жить своим умом. Ведь с кабальными долгами Запада мы рассчитались, и теперь можем спокойно выйти из ловушки «новой нормальности», перестать ориентироваться на «доктрину вашингтонского консенсуса».

Еще в 2016 году Глазьев подсчитал: ущерб от соглашательской политики Банка России с момента перехода к таргетированию инфляции превысил 10 трлн. рублей в пересчете на невыпущенную продукцию и 3 трлн. рублей несделанных инвестиций, не говоря уже о потерянных рабочих местах и снижающихся все это время доходах населения.В качестве представителя президента в Национальном финансовом (банковском) совете он продолжал жестко критиковать действия Банка России, предлагая взамен внятную альтернативную денежно-кредитную политику.

«В то время, как все другие страны наращивают денежную эмиссию для кредитования роста нового технологического уклада под символические проценты, снижая риски для новаторов и поддерживая инвесторов, российская экономика искусственно загоняется в стагфляционную ловушку и обрекается на нарастающее технологическое отставание и деградацию», – с тревогой писал ученый.

Наконец, его услышали. Центробанк опустил ключевую ставку до рекордных 4,5% (в 2014 году, напомним, она взлетала до неподъемных 17%). Сделаны первые попытки перейти к прогрессивной шкале налогообложения, заморозить цены на потребительские товары, нарастить расходы бюджета. Ничего не мешает нам двигаться по тому же пути и дальше: ввести налог на вывоз капиталов, вернуть бизнес из офшоров, отказаться от плавающего курса рубля.

Перспективные проекты развития, по мнению ученого, могли бы финансироваться не только из бюджета, но и из внебюджетных государственных источников, из той самой «денежной подушки», которая скопилась на счетах многих госкомпаний и суверенных фондов (на счетах одной только ИнтерРАО лежит порядка 250 млрд. рублей). На этот источник государственных, по сути, денег уже обратило внимание правительство Михаила Мишустана. Первый шаг в этом направлении сделан: усилен контроль над ВЭБ – одним из основных инвесторов в транспортную инфраструктуру, другими госкорпорациями.

Почему идеи Глазьева оказались востребованными именно сегодня? Вероятно, настал момент, когда советникам по рыночной экономике и подпевающим им либералам по большому счету нечего предложить главе государства в кризисной ситуации, которую усугубил коронавирус.Внедряя санкции, заокеанские стратеги намеревались быстро разрушить российскую экономику, но недооценили тот потенциал, которым теперь располагает наша страна.

Сегодня идеи Глазьева находят применение на всем евразийском пространстве, потому что они проверены временем, основаны на опыте стран, которые пришли к процветанию. Сергею Юрьевичу Глазьеву исполнилось шестьдесят. Для ученого это – не возраст. Пожелаем ему еще долго потрудиться на государственном и научном поприще во имя процветания России, укрепления Евразийского экономического союза.

Специально для «Столетия»

Юрий Алексеев

29.01.2021

http://www.stoletie.ru/sozidateli/neispravimyj_optimist_912.htm