Имя Победы – Жуков

Дочь маршала Мария Георгиевна рассказала, каким он был, и каким остался в народной памяти

Текст: Ариадна Рокоссовская 08.05.2014

26.05.14_e9208c6e

От редакции сайта. 9 Мая на телеканале «Россия» состоялся финал мультимедийного проекта-конкурса «Имя Победы». Общенародным голосованием на сайте конкурса люди выбирали полководца, который, по их мнению, внес наибольший вклад в историю военной славы нашей страны. Великую Отечественную войну в десятке финалистов представляли  два Маршала Советского Союза — Георгий Константинович Жуков и Константин Константинович Рокоссовский.

****

…Все время существования проекта «Имя Победы» я не могу решить для себя, имею ли я право голосовать, ведь для меня лучшим полководцем всегда будет мой прадед — маршал Рокоссовский. С того же вопроса я и начала предпраздничный разговор с дочерью маршала Жукова Марией Георгиевной.

Мария Жукова: Я не голосовала. Подумала, что мне за моего папу как-то неудобно голосовать.

— К счастью, и без нас среди почти пяти миллионов голосовавших есть те, кто выбрал Жукова и Рокоссовского. А сколько людей не имеют выхода в Интернет, особенно ветераны! Ваш отец на сегодняшний день в этом рейтинге уступает только Суворову. Вы чувствуете на себе, что он — настоящий всенародный герой?

Мария Жукова: Конечно, я с детства чувствовала, что папа — герой. И этим конкурсом я не особенно интересовалась, потому что думаю, что он ничего не убавит и не прибавит. Жуков-то уже состоялся как человек, который вошел в историю. На моей памяти были разные периоды: его имя то замалчивалось, то происходило возвращение к справедливости и его вспоминали. И эти колебания продолжаются, но они ничего не меняют по сути. В последние годы, когда я выступаю перед разными аудиториями, всегда говорю молодежи: единственное чувство, которое у нас должно преобладать, — это глубокая благодарность тем, кто воевал и победил. Если мы будем благодарны, просто благодарны, этого уже будет достаточно!

— А если говорить о проявлениях симпатии людей, часто ли Георгий Константинович сталкивался с ними в повседневной жизни? Я знаю от отца, что, когда мой прадед, например, ехал на автомобиле по Москве, проезжающие мимо водители сигналили, увидев на переднем сиденье Рокоссовского.

26.05.14Image61-3

Фото: Из личного архива Марии Жуковой

Мария Жукова: Да, конечно. Например, мы каждый год в начале осени ездили отдыхать в Гагры. Отцу там предоставляли этаж красивого особняка военного санатория на горе. На отдыхе ему, конечно, не хотелось привлекать внимание, но, когда мы ходили на пляж, к отцу подходили люди, просили сфотографироваться с ним на память. Был один забавный эпизод: он каждый день ходил за газетами в киоск, чтобы следить за новостями, за жизнью страны. И как-то раз пришел, когда еще не привезли газеты. Он присел на лавочку, на которой сидел незнакомый мужчина. Завязался разговор, и мужчина говорит отцу: «Все хожу-хожу, хочу Жукова увидеть. Говорят, он здесь отдыхает». Они очень тепло, хорошо поговорили, и на прощание этот мужчина отцу говорит: «Так я Жукова и не увидел. Мечта моя не сбылась». И тут отец ему, конечно, сказал: «Нет, сбылась. Вы только что с ним разговаривали».

— Так мечтал увидеть и не узнал?

Мария Жукова: Наверное, он представлял его в военной форме, как на официальных фотографиях. А тут — человек в сандалиях, в рубашке, брюки летние. Как люди на отдыхе ходят. К тому же, наверное, этот мужчина не думал, что Жуков настолько доступен для общения. Он был таким обаятельным человеком, не было никакого зазнайства, с любым мог поговорить, пошутить. Я помню, как воспринимали его окружающие. Был такой эпизод: в Манеже была выставка, по-моему, в честь 25-летия Битвы под Москвой, на которой один скульптор выставил созданный им бюст отца. Отец ему позировал, и скульптор пригласил нашу семью на эту выставку посмотреть, как бюст получился.

Когда посетители выставки увидели, что там присутствует Жуков, началось такое столпотворение, что прибежала милиция, сделали вокруг нас оцепление. А люди все тянулись к нему сказать какие-то слова, попросить автограф. Милиция оттесняла толпу, и меня 8-летнюю в том числе. Я, конечно, испугалась. Помню, как мама кричала милиционеру: «Это Маша, наша дочь!», тянула меня за руку. Наверное, это было первое мое осознание, что мой отец это не просто домашний папа. Что это какая-то незаурядная государственная личность, которую любят люди. Этот эпизод я запомнила на всю жизнь.

— Мария Георгиевна, я знаю, что потомки маршалов, в том числе Коневы, Жуковы, Рокоссовские, Баграмяны, Малиновские, Василевские, уже много лет назад объединились в Фонд памяти полководцев Победы, и каждый год 9 Мая они все собираются вместе и возлагают цветы к Могиле Неизвестного Солдата и к своим родителям на мемориальном кладбище у Кремлевской стены. А как в вашей семье при жизни Георгия Константиновича отмечали День Победы?

Мария Жукова: Я больше всего запомнила празднование, когда в 1965 году — после длительного периода опалы — отца пригласили в Кремль. Это была большая радость для него. У меня сохранились фотографии, и в частности французский журнал «Пари Матч», в котором как раз запечатлен момент их приезда с моей мамой Галиной Александровной. Они вышли из «Чайки» и направляются в Кремлевский дворец съездов. Отец со всеми орденами на своем парадном кителе. Оба улыбаются. И там же была статья, в которой говорилось, что, когда Брежнев во время своего доклада назвал фамилию Жукова, раздались овации. «Слава Жукову!» — кричали москвичи» — это слова из журнала.

А я помню, как они с мамой приехали после этого приема домой, оба очень радостные. У нас в семье всегда праздновали День Победы. За нашим большим столом собирались близкие друзья — те, кто не отвернулся от отца, когда он был в опале. Были тосты, были песни хором. Когда отец заболел, все это происходило гораздо скромнее. Но я помню, что все-таки люди старались отцу позвонить и поздравить. Не какие-то военные чины, а именно простые люди, в частности его земляки из Калужской области.

— Он поддерживал отношения с земляками?

Мария Жукова: Он всегда чувствовал их любовь и очень уважал их. Они его навещали, регулярно привозили ему деревенскую картошку. Некоторые знакомые не могли этого понять, помню, кто-то спросил: мол, что, Георгий Константинович, в магазине нельзя купить? А отец ответил: «Если вы не понимаете, значит, и говорить нечего». Настолько ему было дорого все, что касалось его малой родины. В 1945 году, когда уже была одержана победа над фашистами, у него на родине — сейчас это город Жуков — прошел слух, что приедет маршал Жуков. Стали возводить деревянную триумфальную арку.

По распоряжению местного начальства закололи кур, свиней, достали бочку с квасом или пивом, была выдана водка. Короче, готовился большой праздник и большое застолье. Ждали, ждали, а Жукова все нет. Конечно, люди опечалились. И только к вечеру приехал какой-то специалист по лесному хозяйству Жуков — однофамилец. Оказалось, что он прислал телеграмму: «Встречайте. Буду такого-то. Жуков». А они не сообразили, что маршал Жуков в Берлине, где задержался надолго в качестве главнокомандующего Группой советских войск в Германии и главноначальствующего Советской администрации. И когда приехал этот лесник, была немая сцена. Пришлось все съесть и выпить за Победу и за здоровье моего отца заочно.

— Мой отец был подростком, когда не стало его деда — Константина Константиновича Рокоссовского, сейчас он очень жалеет, что не расспросил его как следует о том, что тот чувствовал, о чем думал на войне. Вы были тогда ребенком, но тем не менее, может быть, Георгий Константинович что-нибудь рассказывал вам?

Мария Жукова: Очень отрывочно. У меня сложилось впечатление, что люди, которые прошли ужасы войны, это напряжение военных лет, те, кто видел воочию все те жертвы, которые понес наш народ, не очень-то любили вспоминать об этом. Опять же в силу возраста мне это тогда не было особенно интересно. Но какие-то отрывочные фразы, обсуждение фильмов о войне я помню. У меня сложилось тогда общее впечатление, что такие люди, как мой отец и его соратники, полностью самоотверженно посвящали себя служению своему народу, своему Отечеству, в высоком смысле. Я помню этот дух победителей, когда они собирались вместе, садились за стол. Недаром, когда смотришь документальные кадры Парада Победы 1945 года, просто любуешься на всех этих военных, какая у них выправка, какие у них лица.

— Да, ваш отец на белом и мой прадед на вороном конях встретились тогда на Красной площади в, наверное, самый торжественный, самый важный момент их жизней. Когда вы смотрите Парад Победы, у вас бегут мурашки по коже?

Мария Жукова: Каждый раз. Не только мурашки, но и слезы.

— А как Жуков реагировал на фильмы о войне?

Мария Жукова: Очень любил. Тогда были хорошие фильмы о войне. У нас на даче был кинозал, привозили кино. Я помню, «Отец солдата», «Женя, Женечка и Катюша» он с удовольствием смотрел. Тогда, кстати, «Освобождение» отсняли первую серию.

— И как Георгий Константинович воспринял себя в исполнении актера Михаила Ульянова?

Мария Жукова: Мне кто-то рассказывал, что отец, когда его спросили, кто бы мог сыграть его в кино, сказал: тот актер, который играл председателя в фильме «Председатель». Он считал, что из всех актеров больше всего подходит он. Я фильм «Председатель» смотрела два раза, и в последние годы мне было интересно проанализировать его с точки зрения моего восприятия отца. Я считаю, что действительно во многом похож.

— Как вам кажется, молодое поколение достаточно знает о войне? И адекватно ли сегодняшнее отношение к Победе и ее героям?

Мария Жукова: Мне кажется, что в последние двадцать с лишним лет в преподавании истории в школе многое искажалось, умалчивалось. Можно сказать, что это беда нашей молодежи, что они мало знают. Ведь это зависело не от них. Мне кажется, что сейчас ситуация исправляется в лучшую сторону. Создано Военно-историческое общество, министр культуры Владимир Мединский написал книгу, в которой развенчиваются всякие злостные мифы, в частности и о моем отце, создается единый учебник истории. Безусловно, ситуация исправляется, и так должно быть. Потому что иначе мы — не народ. Какое может быть будущее, если молодежь не знает своих героев? 9 Мая, наверное, единственный государственный праздник, когда мы — все поколения россиян — объединяемся в единый народ.

— Чем он занимался в свободное время? Как отдыхал?

26.05.14_97a03d25

Мария Жукова: Мы любили собирать грибы — ездили всей семьей. У меня фотографии сохранились, и так это греет душу! Он очень хорошо ориентировался в лесу и, в какую бы сторону мы ни забрели, всегда безошибочно выводил нас к машине… Но больше всего отец любил охоту и рыбалку. Много в домашнем архиве сохранилось фотографий, где он с трофеями. Отец подарил мне спиннинг и однажды взял меня с собой на рыбалку, учил, как надо заматывать леску, ловить судака. Сам в тот день ничего не поймал, а я поймала три судака. Он маме и бабушке сообщил: «Машенька меня обогнала в рыбной ловле». Я это запомнила на всю жизнь! Для отца, конечно, это были минуты отдыха. Он очень любил общение с природой.

— Какие песни любил ваш отец?

Мария Жукова: Разные. Я запомнила «По долинам и по взгорьям шла дивизия вперед». Мы ее пели, когда ехали в машине. Он, кстати, имел хороший слух, играл в свое время на баяне. В последние годы у него после инсульта были очень сильные головные боли. Он мужественно их терпел и иногда говорил: «Машенька, поиграй на рояле! Когда ты играешь, мне легче становится».

— Сколько вам было лет, когда его не стало?

Мария Жукова: Я заканчивала десятый класс, 17 лет еще не было. Он умер накануне моего дня рождения. А мама умерла на 7 месяцев раньше.

По воспоминаниям Марии Георгиевны, отец ее баловал, и вообще в жизни он был совсем не таким суровым воином, каким его представляют сегодня. «Он был обаятельным человеком, не было никакого зазнайства, с любым мог поговорить, пошутить», — вспоминает дочь Жукова. Фото: Из личного архива Марии Жуковой

— Какое напутствие он вам дал?

Мария Жукова: Он оставил автограф на первом издании своей книги «Воспоминания и размышления»: «С надеждой, что ты будешь достойной патриоткой нашей Родины». Это самое главное, что завещал мне отец.

— Мария Георгиевна, я прочитаю вам письмо, которое совсем недавно пришло к нам в редакцию из Брянска:

«Недавно перечитывала «РГ» за февраль 2012 года — письма Г.К. Жукова к жене и ее ответы. И вот набралась храбрости написать вам о том, что рассказал мне мой муж, царствие ему небесное. Он так его уважал, и как человека, и как военачальника, а было это аж в 1939 году на Халхин-Голе. Мой муж был штурманом самолета. Это сейчас кнопку нажал, и сразу знают, где находятся самолеты. А тогда самолеты наши делали из фанеры, без отопления, а ориентиром было звездное небо. И вот когда Г.К. Жукова назначили командующим в Монголии, он, прежде чем начинать воевать, посетил все свои воинские части. К ВВС он приехал рано утром, все экипажи самолетов выстроились его встречать, Георгия Константиновича удивил внешний вид, ноги обмотаны клеенкой и завязаны как онучи.

Командир объяснил: поскольку взлетной полосы нет, то экипаж каждое утро шеренгой прокладывает взлетную полосу, так как земля твердая, как камень. Но на ней растет трава, в земле грызуны, которые ночью выкапывают ямы, а поскольку днем очень жарко, а ночью очень холодно, то трава покрыта росой. А когда экипаж проходит, прокладывая путь, то роса впитывается унтами, самолет взлетает местами высоко, так как сопки там очень высокие, и в результате унты превращались в лед, и были случаи обморожения ног. Вот и придумали такую обувь. (Наши русские всегда найдут выход из любого положения.) Через неделю все экипажи получили бахилы. А для лица были вязаные шапочки с прорезью, а незакрытые части лица смазывали жиром. Скоро будем отмечать День Победы, я очень хочу, чтобы имя было Георгий Жуков. Пожалуйста, напомните читателям «РГ» проголосовать за Имя Победы: Георгий Жуков. Спасибо. Нина Николаевна.»

Мария Жукова: Спасибо Нине Николаевне за такие хорошие слова. Это похоже на моего отца. Похожие истории я тоже читала в письмах и слышала от ветеранов. Когда я была в Минске, кто-то из них мне рассказал, что когда Жуков приехал к ним в часть, он пошел смотреть, как живут офицеры и их семьи. Постучал, говорит, по стене, а потом как даст по ней! Фанерка разлетелась. Он, говорит, такой разгон устроил: мол, вы о своих кабинетах позаботились, а как семьи офицеров живут?!

Персона

26.05.14_00095ebb

Маршал Советского Союза, четырежды Герой Советского Союза Георгий Константинович Жуков (1896-1974) начало Великой Отечественной войны встретил в должности начальника Генштаба и первого заместителя наркома обороны. Командовал Резервным, Ленинградским, Западным, 1-м Украинским, 1-м Белорусским фронтами. В качестве представителя Ставки координировал действия фронтов в ходе важных военных операций.

В ночь на 9 мая 1945 года с представителями США, Англии и Франции принимал безоговорочную капитуляцию фашистской Германии.

Досье «РГ»

Мария Георгиевна Жукова — дочь маршала и его второй жены Галины Александровны Семеновой. Уже почти двадцать лет она трудится в издательстве Сретенского монастыря. Автор книг, в том числе «Твой есмь аз. Суворов», книги-очерка об отце «Маршал Жуков. Сокровенная жизнь души». Ее воспоминания об отце «Маршал Жуков — мой отец» удостоены литературной премии имени Александра Невского. В предисловии она написала: «Дело в том, что однажды, когда мне было лет пятнадцать, отец, держа в руках книгу дочери Куприна Ксении «Куприн — мой отец», неожиданно для меня сказал: «Вот вырастешь — напишешь обо мне книгу». И, несмотря на мои возражения, так же мягко и настойчиво добавил: «И назови ее «Маршал Жуков — мой отец».

26.05.2014Z149

Фото: Из личного архива Марии Жуковой

По воспоминаниям Марии Георгиевны, отец ее баловал, и вообще в жизни он был совсем не таким суровым воином, каким его представляют сегодня. «Он был обаятельным человеком, не было никакого зазнайства, с любым мог поговорить, пошутить», — вспоминает дочь Жукова.