Быть или не быть России в истории?

Из выступления в телепрограмме «Большая игра»

Быть или не быть России в истории?Быть или не быть России в истории?

 

Президент РФ в недавнем выступлении поставил несколько важных вопросов.

Первый – о странной дипломатии: где современная дипломатия, если дипломаты говорят о том, что необходимо выиграть войну?

Второй – о стремлении расколоть российское общество и неспособности это сделать.

И третий – террор.

**********

 

На самом деле все эти три аспекта достаточно давно исторически присущи англосаксам, которые, к сожалению, в 90-е годы были кумирами для очень многих в нашем обществе. И вот теперь мы пожинаем плоды нашего безверия в себя, в свою собственную историю. И урок для нас этот достаточно серьезен.

В Британской империи, помимо военных действий, которые она вела, всегда присутствовала очень странная дипломатия. Так, например, в первой четверти XIX века в договорах с Ираном – тогда с Персией – британцы вводили пункт, обязывающий эту страну продолжать войну с Россией. Возьмем убийство Грибоедова – до сих пор закрыты все документы, несмотря на то, что прошло двести лет, истекли все сроки давности. Все историки, в том числе и британские, убеждены, что за этим преступлением кроется британский след. То есть не гнушались ничем.

А во время кавказской войны, что, к Шамилю не направлялись британские эмиссары? А разве не Дэвид Уркварт организовал провокацию, когда, еще в 30-е годы XIX века британская шхуна «Виксен» выгружала оружие для черкесов? И потом, басмачей сколько они поддерживали! Они врывались в мирные деревни, губили их.

А дипломатия сейчас у них, действительно, в таком упадке! Посмотрите на их представительские лица – еще одно поколение всего назад, а уж если два брать, – так это вообще, небо и земля! Какими бы ни были сложными наши отношения времен холодной войны, особенно ее начала, но мы имели дело с титанами – Аденауэр, Эрхард, Эйзенхауэр… А сейчас? Я называю их «коллективная Грета Тунберг». С такими «недорослями» (у некоторых, правда, уже седина на голове) о чем говорить? Они не могут выдержать ни одну серьезную, глубокую дискуссию. А победить-то очень хочется.

Отсюда ориентация на теракты – как признание собственной слабости.

У них одно желание – расколоть, запугать российское общество в сегодняшней ситуации.Но я бы сказала, что наше общество куда даже более радикально настроено, чем наша власть в отношении проводимой операции: у кого-то кто-то уже погиб, кто-то остался сиротой, вдовой, потерял сына…

Поскольку благодаря телевидению я стала довольно узнаваемой, ко мне постоянно подходят люди – то в супермаркете, то на загородном рынке, где я перед Пасхой что-то покупала. И все спрашивают: доколе же ждать? Да почему же «не вдарить со всей мощью»? До конца идти надо, эту гадину раздавить!

Я помню, на Би-би-си даже сказала в ответ на их: «Путин то, Путин сё…» – да Путин голубь мира по сравнению с настроениями в нашем обществе, которое возмущено отношением Запала к происходящему и приветствовало бы самые резкие ответные действия, призывает к решительной победе на украинским нацизмом со всеми вашими ястребами!.. Я уверена, мы покажем им на «Бессмертном полку» такую мощь! В ночь пасхальную я такого количества молодых мужчин в храме на ночной службе не видела за всю свою жизнь. И это говорит о том, что общество наше едино, оно прекрасно нутром понимает – «Вставай, страна огромная!».

Ведь эта песня не случайно до сих пор так бередит душу, что до слез продирает, и это не фигура речи. А родилась она у поэта за какую-то ночь буквально. И музыка потрясающая! Всего-то несколько аккордов, несколько линий. А слова какие! Там про коммунизм, кстати, ничего не сказано. Там все доведено до экзистенциального уровня – быть или не быть нам в истории. «Вставай, страна огромная!» – это обращение: братья и сестры! И сегодня, мне кажется, наш народ интуитивно чувствует: вроде бы большой войны нет, наши города не бомбят, а он понимает, насколько серьезна это схватка.

И от её исхода зависит не только будущее России, ее место в мировой истории, суверенность духа, политики, сохранение территории, ресурсов, культуры, языка, но и судьба мира. Будет ли мир опять подчинен вот той матрице, где каждый, кто не согласен, должен быть уничтожен, сломан, подкуплен, или он выстоит. И мы – единственные во всем мире, кто принял этот вызов. Как, опять Россия? – недоумевают они. Они семь десятилетий мучились комплексом неполноценности и униженности, поскольку должны быть нам благодарны за то, что мы их освободили, спасли своей кровью «Европы вольность, честь и мир».

А Восток с какой надеждой на нас сегодня смотрит! Африканские страны, латиноамериканские…. Помню, будучи депутатом на Межпарламентском союзе, едва начинала с их представителями говорить – они Америку не любят, они уважают Россию, прежде всего, как некую антитезу Америке.

Мы для них какая-то альтернатива историческая, которая мир выравнивает, делает его равновеснее, что ли, дает возможность некоего выбора самостоятельного. Я уж не говорю о таких странах-гигантах, как Индия, Китай, которые сегодня с нами. Это вообще, четыре пятых населения земного шара.

А исламский мир, который те же англосаксы взорвали и разворошили? Выпустили джинна из бутылки. Ведь Ирак, Ливия, Сирия – это они держали под контролем диссидентские радикальные учения в исламе. Ислам классический, каким был в Арабском халифате когда-то, он же гораздо более веротерпимый. Тогда же там сосуществовали разные народы. У меня было очень много по ООН друзей и знакомых из арабского мира, причем, как вестернизированных, так и правоверных, которые молились пять раз в день, закрываясь в своих кабинетах. Мы дружили со всеми. Как они нас любили и уважали!

А Африка? Вот где точно никто не забыл колониального прошлого. А Индия? Я читала воспоминания военного аналитика Снесарева, у него потрясающие работы! Он описывает, как на одном приеме, это конец XIX века, супругу британского офицера, который находился там в командировке, должен был сопровождать в обеденный зал под руку принц индусский, который закончил, кстати, британский университет. И она громко, на весь зал сказала: «Не за тем меня сюда пригласили, чтобы давать мне в кавалеры грязного индуса». Вот такие расисты англосаксы. Не зря первые концлагеря создали именно англичане в Африке для буров, почти за полвека до Холокоста….

Специально для «Столетия»

Наталия Нарочницкая

28.04.2022

https://www.stoletie.ru/vzglyad/byt_ili_ne_byt_rossii_v_istorii_240.htm