Академика Некрасова не услышали…

Наследие выдающегося ученого-экономиста остается невостребованным

Академика Некрасова не услышали...

 

В далеком 1981 году автор, сдавая экзамен по политэкономии социализма в МИИТе, упоминал книги академика-экономиста Николая Николаевича Некрасова (1906 –1984).*

В которых — как и в исследованиях его коллеги, академика-экономиста Т.С. Хачатурова (1906–1989) — отмечались опасные перекосы в социально-экономическом развитии советских регионов, а также в экспортной политике СССР, сориентированной к тому времени на вывоз сырьевой продукции на Запад.

**********

 

Но преподаватель, принимавший у меня экзамен, сказал следующее: «Эти вопросы выходят за рамки курса. Пока нет указаний, что эти вопросы нужно отражать в лекциях и семинарах. А насчет китайских реформ — эта тема пока не рекомендована для студенческих рефератов и, вообще, для дискуссий в учебных вузах».

Академика Некрасова не услышали...

 

Н.Н. Некрасов, основоположник в 1950-х учебной и научной дисциплин «Региональная экономика и межрегиональное разделение труда», призывал к изучению опыта экономических реформ в КНР, начатых еще в 1974-м, но ускоренных и расширенных с 1979 года.

Имелось в виду стимулирование предпринимательской и в целом хозяйственной инициативы на местах в сочетании с ослаблением партийно-номенклатурного и идеологического прессинга на экономику и научную сферу.

Иначе, как полагал Некрасов, закостенелость системы управления экономикой СССР ввергнет её в непреодолимый кризис. Соответствующие симптомы проявлялись уже со второй половины 1970-х в виде, например, всевозможных дефицитов — всё более разнообразных по товарному ассортименту и всё более крупных по товарным объёмам.

При этом Некрасов обоснованно считал, что неизбежность частичного разгосударствления экономики, её реформирования просматривается и в последней книге И.В. Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952 г.): «…Полагают, что передача собственности отдельных лиц и групп в собственность государства является единственной или, во всяком случае, лучшей формой национализации. Это неверно. Передача в собственность государства является не единственной и даже не лучшей формой национализации, а первоначальной формой национализации».

Замечу, что эта книга в КНР поныне считается важнейшей теоретической основой китайских реформ.

Что касается исследований Некрасова, познакомился с ними автор этих строк ещё во второй половине 1970-х. Наши семьи были в дружеских взаимоотношениях: племянница Николая Николаевича училась по классу фортепиано у моего отца, А.А. Чичкина (1904–1963), в музыкальном училище имени Гнесиных (отец был ассистентом Е.Ф. Гнесиной в конце 30-х и в 1960–63 гг.)

Николай Николаевич родился в Иркутске в 1906 году. Сибирский характер всегда проявлялся в его жизни и работе. Это, прежде всего, настойчивость, принципиальность, умение стоически переносить любые невзгоды, не впадать в отчаяние даже в самых трудных жизненных и профессиональных ситуациях.

По воспоминаниям Геннадия Шмаля, председателя Союза нефтегазопромышленников России, одним из основных направлений работы по созданию Западно-Сибирского нефтегазового комплекса была поддержка молодых учёных: «проводились ежегодные форумы, в которых участвовали выдающиеся учёные и специалисты, включая и Некрасова. Общение с такими мэтрами науки и производства давало колоссальные знания и профессиональный рост».

Научно-исследовательскую деятельность Некрасов начал в студенчестве, активно совмещая учебу в Иркутском университете, который с отличием окончил весной 1929-го, с работой в Восточно-Сибирском отделении Геологического комитета РСФСР. Уже в тот период Некрасовым были написаны и опубликованы статьи по вопросам экономики минерального сырья и развития горной промышленности Иркутского округа, Якутии, Восточной Сибири в целом. Затем появились в сибирских и уральских СМИ его публикации о ресурсах цветных металлов и драгоценных камней, перспективах их добычи и переработки в Сибири и на Урале. Некрасов также изучает возможности газификации экономики и химической переработки твёрдого топлива, публикуясь и по этой тематике.

Публикации были замечены В.В. Куйбышевым, тогдашним председателем Государственной плановой комиссии СССР, и уже осенью 1934 г. Некрасов приглашается туда в качестве консультанта. Начатые в Сибири исследования по химизации и газификации народного хозяйства он продолжил в Москве.

Высокую оценку в государственных и научных кругах получили первые книги Некрасова: «О размещении промышленности моторного топлива в СССР» (1938), «Газификация в народном хозяйстве СССР» (1940). Речь шла, прежде всего, о целесообразности местной переработки сырья, включая нефтегазовое, чтобы уменьшить зависимость регионов от привозного топлива и, соответственно, сократить нагрузку на транспорт. Эти оценки и рекомендации были учтены в 3-й и 4-й пятилетках.

А в 1939–1949 годах Некрасов возглавлял в Госплане СССР комиссию по газификации народного хозяйства, уже 1943-м получил степень доктора экономических наук.

Столь активное развитие своей карьеры Некрасов, в приватной беседе у нас дома, объяснял тем, что кадровая и управленческая системы сталинского периода «гарантировали выдвижение талантливых кадров независимо от их возраста. Причем с оперативным внедрением их апробированных исследований. Что было, в том числе важнейшим моральным стимулом для молодых ученых, новаторов, инициативных управленцев».

Сегодня же принципы кадровой политики, особенно в управленческой и экспертной сферах, совершенно иные. С преобладанием кумовства, чиновных взаимосвязей, а то и взяточничества, с лоббированием оффшорно-прибыльных прожектов…

Тем временем объявленное в 1961 году Хрущевым ускоренное «строительство коммунизма» и развернувшаяся тогда же кампания за увеличение экспорта нефтегазового сырья ставили под вопрос, по мнению Некрасова, Хачатурова и ряда их коллег, продолжение индустриализации именно российских регионов. Превращая, как считал Некрасов, «нефтегазовую Западную Сибирь в сырьевого донора Запада и нефтедолларового плательщика импорта оборудования и ширпотреба». В результате в стоимости экспорта азиатского (т.е. Сибирско-Дальневосточного) региона РФ к настоящему времени, по имеющимся данным, доля сырьевых товаров и их полуфабрикатов составляет не менее 75%. И уже в начале 1980-х этот показатель превышал 60%.

Как и Т. Хачатуров, Некрасов сетовал на нежелание «высшего эшелона» понимать то, что уже в 60-х и, тем более, позже требовались радикальные изменения в руководстве экономикой и повышение качества её планирования. Что региональная политика в СССР — особенно в РСФСР — всё в большей мере нацелена на экспортное освоение ресурсов промышленного и энергетического сырья.

Напомним в этой связи, что СССР, хотя оказывал военно-техническую и политико-экономическую поддержку арабским странам в их конфликте с Израилем, решил «проникнуться сочувствием» к странам Запада, против которых большинство стран ОПЕК ввели в 1973-м эмбарго на поставки нефти и нефтепродуктов. Москва же отказалась поддержать эмбарго, уже с 1973-го быстро наращивая нефтеэкспорт, а вскоре — и газоэкспорт на Запад.

Причем до 80% объемов нефтегазового советского экспорта обеспечивала именно РСФСР, при «символических» темпах её собственной газификации (что сохраняется и поныне).На пагубность такой экономической политики не единожды указывал Николай Николаевич, но тщетно. Зато в дальнейшем тот же курс привёл, как известно, к максимальной зависимости страны от мировых нефтегазовых цен. Чему мы являемся свидетелями и сегодня.

Многие страны ОПЕК, кстати говоря, не забыли 1973 год: они вместе с США к середине 80-х так обвалили нефтяные котировки, что в считанные годы советская экономика оказалась банкротом…

Между тем, поскольку эти цены котируются в долларах США, долларизация отечественной финансово-экономической системы стала неизбежной. И, как следствие, «нефтедолларовые» советские закупки оборудования и товаров массового спроса позволяли Западу искусно манипулировать ценами и на нефть, и на поставляемые в СССР оборудование и товары массового потребления. То же поныне происходит в отношении постсоветской России ввиду всё той же, стабильно высокой зависимости РФ от «нефтедолларов».

Характерна в связи с этим точка зрения основателя (в 1952 г.) «Восточного комитета» экономики ФРГ бизнесмена Отто фон Амеронгена, высказанная в 1973 г.:

«Если мы с СССР соединимся трубопроводами, то в СССР политическая картина будет меняться в лучшую сторону для Запада. А это намного важнее, чем продажа Советам труб или закупка их газа или нефти. Ибо трубопровод через континент – это инструмент, ставящий их «кран» в зависимость от Запада».

А ведь так и случилось…

Технологические же последствия нефтеэкспортных «рекордов», о пагубности которых предупреждали Некрасов и Хачатуров, перешли в нынешнюю Россию: «…Извлечение нефти зависит от технологий: у нас в среднем по стране фактический коэффициент извлечения нефти сейчас составляет порядка 26%. А норвежцы довели этот показатель до 50%, в Северной Америке – до 42% (в Саудовской Аравии, большинстве других стран ОПЕК, Австралии, Малайзии, Брунее, Омане, Бахрейне, Белоруссии этот показатель — не ниже 40%; в Азербайджане, Туркменистане – не меньше 35%.). Нужны стимулы, но их, к сожалению, не хватает», – это заявил Павел Завальный, глава комитета Госдумы РФ по энергетике, в ходе международного научно-практического форума «Нефтяная столица» в конце марта с.г. в Ханты-Мансийске.

Словом, к середине 1970-х стране требовались управленческие и экономические перемены. В связи с чем Некрасов детально изучал китайские реформы, стартовавшие еще в последние годы Мао Цзэдуна. Они, по оценке академика, приведут к экономическому провосходству КНР над СССР.

Потому что без устранения сырьевого перекоса в региональной и внешнеэкономической политике, без стимулирования новых форм хозяйствования, «основанных на сочетании самостоятельности и ответственности предприятий» в СССР ускорится, во-первых, технологическое отставание не только от Запада, но вскоре и от Китая. А во-вторых — страна будет все в большей степени зависеть от импорта в сфере товаров и услуг массового спроса.

«Я вовсе не “апологет” китайских реформ, тем более что в них немало изъянов и спорных вопросов, — отмечал Н.Н. Некрасов на одной из экономических конференций в Москве в 1982 г. (автор был на этом форуме). — Но они освобождают от директивной и идеологической опеки, прежде всего, производство товаров массового спроса. Чтобы страна минимально зависела от их импорта, что важно ещё и политически. Уже начинается стимулирование хозяйственной самостоятельности и ответственности в других секторах.

При том, что государство сохраняет за собой стратегические сферы, наряду с ВПК — энергетику, морской транспорт, металлургию, машиностроение, железные дороги, преобладающую часть финансовой системы и внешней торговли». Регулируя при этом, как подчеркивал Некрасов, курс национальной валюты и диапазон между минимальными и максимальными ставками цен и тарифов. И умело приспосабливая партийно-государственную идеологию к потребностям реформирования экономики.

По имеющимся данным, «сверху» советовали Некрасову более критично относиться к реформам в КНР, но ученый, выражаясь языком А.С. Грибоедова, предпочёл «своё суждение иметь». И не только по китайским реформам.

Среди первых, притом важнейших, результатов тех реформ Николай Николаевич — незадолго до своей кончины — отмечал то, что, уже в 1978-м в деревню вернулось индивидуальное хозяйствование. Крестьянам после того, как они сдали определенную, причем умеренную долю урожая любых культур или сельхозпродуктов государству ( максимум — 65% по объему), было разрешено продавать остальное на свободном рынке.

Но по регулируемым ценам — не более 35% от цен (розница и опт) в государственном секторе. Результат был немедленным: уже в 1980 г. урожайность зерновых в Китае составила 2,95 тонны с гектара, а в 1983 г. — уже 3,66 тонны: это была одна из самых высоких в мире урожайностей зерновых. В результате уже с 1983 г. КНР почти на 40% сократила импорт зерновых. «Сейчас Китай импортирует всего 15,7 млн. тонн — почти столько же, сколько и СССР, но — при втрое большем населении, если не больше. В 1984-м Китай даже аннулировал контракты на закупку зерновых с Австралией и США. А мы заключаем всё новые контракты на импорт зерновых и мясной продукции не только из Австралии и США, но и из Канады, Аргентины, Уругвая».

При этом академик Некрасов подчеркивал идеологическую и моральную ответственность руководства КНР перед партией, государством и обществом — не в пример СССР и КПСС после 1953-го, когда новое руководство публично дискредитировало своих предшественников.Поэтому китайские реформы отнюдь не сопровождаются линчеванием идеологических классиков, включая Мао Цзэдуна.

Наглядным примером столь выверенной политики было и то, по оценкам Некрасова и Хачатурова, что празднование дня образования КНР (1 октября) и других важных политических дат происходит – даже спустя многие годы после Мао – на фоне портретов Ленина и Сталина. Притом огромных на Тяньаньмэне — «Красной площади» Пекина.

В этом контексте примечательно мнение известного американского китаеведа Джона Помфрета в «Вашингтон Пост» от 16 октября 2017 г.: «…Си Цзиньпин позиционирует себя в качестве защитника сталинского наследия. Когда пять лет назад 18-й партийный съезд утвердил его в должности, он объявил: “Пренебрегать историей СССР и советской коммунистической партии, пренебрегать Лениным и Сталиным равноценно историческому нигилизму. Такое пренебрежение путает наши мысли, подрывает авторитет партии и партийные организации на всех уровнях”. Си Цзиньпин подтверждает верность Китая революционный философии человека, которого Мао называл своим “великим учителем”: это — Иосиф Сталин».

…Полностью сбылись прогнозы Н.Н. Некрасова, высказанные на рубеже 1970-х — 1980-х, что КНР вскоре опередит Советский Союз экономически и геополитически.Более того — СССР ушел в небытие уже через 6 лет после кончины Некрасова…

…Николай Николаевич Некрасов ушел из жизни 1 мая 1984 года, на прощании с ним не присутствовал никто из высоких советских чиновников. А среди организаторов прощания и похорон на Кунцевском кладбище Москвы был академик Тигран Сергеевич Хачатуров, переживший своего коллегу на пять лет. Новодевичье же кладбище оказалось не по «рангу» ни для Некрасова, ни для Хачатурова…

_____________________________

Академика Некрасова не услышали...

 

*Некрасов Николай Николаевич — в 1966–78 гг. – председатель Совета по изучению производительных сил при Госплане СССР; 1979–84 гг. – председа­тель Комиссии по изучению производи­тельных сил и природных ресурсов при Президиуме Академии наук СССР; 1977–84 гг. – вице-президент Общества ученых «СССР–Япония»; с 1968 г. – академик Академии наук СССР

Литература:

Н. Некрасов, «Газификация в народном хозяйстве СССР», М.—Л., Госпромиздат, 1940;

«Региональные проблемы и территориальное планирование в социалистических странах: материалы международной конференции в Будапеште, 1982», под ред. академика Н.Н. Некрасова, М., «Наука», 1984;

Н. Некрасов, «Проблемы региональной экономики», М., «Мысль», 1974;

«Нефтяной сговор Москвы с Западом: причины и последствия» Пекин–Тирана, «Против ревизионизма», рус. яз., 1975;

«Планирование и управление народным хозяйством в зарубежных социалистических странах», М., «Мысль», 1974.

Специально для «Столетия»

Алексей Чичкин

27.04.2021

http://www.stoletie.ru/sozidateli/akademika_nekrasova_v_kremle_ne_uslyshali_591.htm