Закулисная политика уходит в прошлое?

Мячис Лауринкус:Теневые аспекты появились не позавчера, а значительно раньше

07.06.2018-detail_original-276a075f0a44

 

От редакции сайта. Предлагаем нашим читателям материал из еженедельника «Клайпеда» о событиях прошлого, эхом отзывающихся в настоящее время.

********

Немногословность: бывший директор ДГБ М.Лауринкус о своей работе в этом ведомстве предпочитает не распространяться.

В небезызвестной справке ДГБ становится все меньше зачерненных строчек, ежедневно оглашаются новые скандальные факты, называются новые фамилии, в том числе и самых высокопоставленных сотрудников правоохранительных органов, которые могли быть связаны с попытками бизнеса оказать давление на политиков.

«В течение 20–25 лет все происходило, словно за ширмой. Есть и теневая экономика, и теневая политика. Опубликованная справка объективно информирует об этом», – считает бывший директор Департамента государственной безопасности (ДГБ) Мячис Лауринкус.

Преданы гласности и направлены в суд данные по так называемому делу Элигиюса Масюлиса и концерна «MG Baltic» о политической коррупции, комитету Сейма по вопросам национальной безопасности и обороны передана секретная справка и переписка Президента с Э.Масюлисом. Такую утечку информации можно считать нормальной?

– Я оцениваю это положительно, ведь так или иначе это информация для общества, которому до сих пор было мало что известно о происходивших процессах. Естественно, что все взаимосвязано. Думаю, что это сознательное разглашение. Это информация, которая не была широко известна, хотя процессы происходили долгие годы.

Долгие годы – это сколько? Ведь вы впервые возглавили госдепартамент в 1990-м, в год его учреждения. Неужели уже и тогда бизнесом предпринимались попытки оказать воздействие на политику?

– Нет, с первых дней заботой ДГБ была не хозяйственная деятельность и не стремление выявить подобные попытки. В те годы мы решали другие вопросы безопасности. Нужно было собирать информацию о других угрозах, которые позднее у нас и возникли. Были другие приоритеты. Тогда вообще не было разговора об отношениях бизнеса и политики. Даже приватизация к тому времени еще не началась.

Когда же начались эти процессы, связанные с давлением на политиков?

– Думаю, что после всех трех этапов приватизации. Когда встали вопросы о восстановлении собственности на землю. Когда в условиях свободной экономики родился бизнес, когда появились ассоциации частного бизнеса. Тогда-то и стали зарождаться определенные интересы.

До сих пор кипят страсти по поводу принятого Сеймом так называемого Закона о переносе земель. Многие рядовые граждане, имевшие землю в хороших местах, так ее и не получили. Новыми владельцами этих участков стали оборотистые дельцы. При принятии данного решения мог ли кто-либо оказать влияние на политиков, или же это задумали исключительно сами политики?

– Помню, было очень много дискуссий по этому поводу. Думаю, большая часть общества практически одобрила это решение. Ничего секретного в нем не было. Разве лишь этот вопрос не получил всестороннего обсуждения. Все знали, что адекватное возвращение земли невозможно. Физически невозможно, поскольку уже были совершенно другие условия, чем в процессе национализации. Так происходило всюду, где после падения социализма людям возвращали собственность. Никто не знал, как все это устроить, как компенсировать право собственности тому, кому невозможно вернуть его владения. Дискуссии были открытыми, можно поднять архивы.

Но возвращение земли до сих пор не завершено. Похоже, что самые хорошие участки вообще стараются не отдавать. Люди перессорились…

– Да, не завершено. Потому что это долгий процесс.

А как обстоят дела на нынешнем этапе возвращения земельной собственности? Не оказывается ли какой-то нажим с целью не отдавать людям то, что им принадлежит?

– Такое всегда было, есть и будет. Возвращение имущества, приватизация – самые сложные процессы во всем мире. Не только в Литве. И в Латвии, и в Эстонии. И в Польше, хотя там была несколько иная система, частная собственность в сельском хозяйстве не была уничтожена полностью. Конечно, в Восточной и Центральной Европе были разные процессы. Но одинаково масштабные. И кто мог посоветовать, какую модель лучше выбрать? Главное, чтобы была дискуссия, гласность. Уж чего-чего, а дискуссий о возвращении земли, о приватизации в те годы в Литве было предостаточно. Но, само собой разумеется, многое осталось и в тени. Все знают, что существует теневая экономика. До сих пор существует. Это официально признанный факт. Есть и теневая экономика, и теневая политика. Они были во все времена. Не вся экономика и не вся политика являются теневыми, но частично это так. Теневые аспекты появились не позавчера, а значительно раньше. И вот теперь в справке ДГБ это представлено в обобщенной форме.

Так называемое дело о политической коррупции, справка ДГБ свидетельствуют о масштабах теневой экономики. Практически в стране не осталось ни одной незапятнанной политической партии. Представителям одной, другой, третьей предъявляются обвинения, подозрения, а деятели скольких политических организаций были допрошены как специальные свидетели, и не сосчитать. Как вы оцениваете такую ситуацию?

– Нужно оценивать несколько десятилетий. 20–25 лет все происходило словно за ширмой. По эту сторону ширмы была открытая политика – внутренняя и внешняя, все на виду, все декларируется, обсуждается. Реальная, не лицемерная. И эффективная. Но что-то происходило и за ширмой, о чем общество не знало, но чувствовало, поскольку общество – отражение всего государства. Определенная часть общества сама задействована в теневой экономике, в теневых процессах. Сейчас эта ширма приоткрылась, и мы видим то, что происходит в реальности и что происходило не один год. Но означает ли это шаг за красную линию? Не означает ли это, что начнутся судебные процессы? Не связано ли это с неким общественным осуждением? Нет. Это разные уровни. Все это нужно знать, чтобы избежать в будущем.

Старожилы политики утверждают, что на содержание штата многочисленной партии по всей Литве, в том числе и ее руководства, необходимо не меньше миллиона евро в год. На государственные дотации редкая партия может содержать всю свою структуру. Ни у кого не возникает желания подсчитать, как они сводят концы с концами, живут ли они по средствам. Может быть, стало бы больше прозрачности, если бы бизнесу вернули возможность спонсировать политические партии? Обществу хотя бы была известна сумма официальных отчислений.

– Да. На что живут демократы Соединенных Штатов, на что живут республиканцы? На что живут крупные партии Франции и Германии? За счет частных спонсоров. Все давно признали, что другого пути нет. И в Литве нужно было совершенствовать эту систему, но вся ноша была возложена на плечи рядовых граждан. Думаю, что запрет на финансирование партий юридическими лицами является популистским. Это желание угодить обществу путем постоянного декларирования таких понятий как чистота, прозрачность и т. п. Но от этого прозрачности больше не становится. В такой ситуации начинаются поиски окольных путей. Так возникает теневая политика.

В справке ДГБ, представленной комитету Сейма по вопросам национальной безопасности и обороны, указано, что расследование длилось больше десяти лет. Это нормально? Может быть, следовало воспрепятствовать процессам, оказывавшим влияние на политиков, если речь шла о нарушении законов…

– Насколько я помню по опыту своей работы в ДГБ, существовало положение, предписывавшее не вмешиваться в дела внутренней конкуренции, в экономические процессы. Департамент концентрируется на внешних угрозах, которые могут возникнуть. Конечно, и посредством экономики. В одно время, когда я уже не являлся директором ДГБ, в департаменте была упразднена функция экономической безопасности, внимание концентрировалось на разведке и контрразведке. А анализ внутренних экономических процессов, конкуренции между отдельными фирмами, связей концернов с Правительством, их возможного воздействия через партии, остался серой зоной. Но как теперь выяснилось, это было не совсем так, информация все же собиралась. Возможно, с перерывами или как-то еще. Но это уже отдельный вопрос. Конечно, можно поинтересоваться, насколько обоснованно это делалось. Можно выяснить. В конце концов, это может сделать Сейм, контролирующая инстанция.

Во все времена за кулисами говорилось о влиянии на членов Правительства, парламентариев. Для ДГБ вовсе не было секретом, что где-то в 2000-м на одну из фазаньих ферм на взморье приглашали политиков, министров и там их обрабатывали. Потом был другой период, когда дорожно-строительные предприятия имели сильные связи с высшими инстанциями страны. Проводились ли тогда какие-либо расследования (М.Лауринкус в то время второй раз занимал пост директора ДГБ. – Прим. А.З.)?

– Без комментариев.

И вообще, когда вы в 1998–2004 гг. второй раз занимали пост директора ДГБ, осуществлялись ли какие-либо расследования относительно влияния бизнеса на политику?

– Функции ДГБ были установлены законом, практически мы их и осуществляли. Это разведка, контрразведка, общественные процессы, которые могут подвергаться внешнему воздействию. И различные тенденции, которые возможны внутри страны, к примеру, связанные с энергетикой, другими важными областями. Это стратегические вопросы, а не связанные с деятельностью конкретных фирм.

Альфредас Здрамис — a.zdramys@diena.lt

2.06.2018

__________________

Досье М.Лауринкуса

07.06.2018-Мячис Л.-picture

 

66-летний Мячис Лауринкус является сигнатором Акта о Независимости Литвы. По образованию – филолог, работал учителем, был научным сотрудником Института философии, социологии и права при Литовской академии наук. Дважды возглавлял ДГБ – в 1990–1991 гг. и в 1998–2004 гг.

Получил особую известность после того, как в 2003 г. вручил Генеральной прокуратуре справку, в которой утверждалось, что президент Роландас Паксас находится в зависимости от международных преступников, что представляет угрозу национальной безопасности Литвы (позднее это утверждение было отклонено Конституционным Судом, однако Р.Паксас лишился своего поста в результате импичмента). В рамках этого расследования много внимания уделялось связям дорожно-строительного бизнеса и политики.

В 2004–2008 гг. М.Лауринкус являлся послом Литвы в Испании, в 2008 г. назначен послом Литвы в Грузии, но через год был отозван Президентом Литвы Далей Грибаускайте. По одной из версий, причиной стало появление секретной тюрьмы ЦРУ на территории Литвы, когда М.Лауринкус второй раз возглавлял ДГБ, однако это не доказано.