Корпорация о двух головах

Руслан Курбанов, материал предоставлен журналом «Смысл».

(О соратниках Президента РФ-ред.)


Корпорация о двух головах
Они оба из Питера. Оба очень близки президенту.

И оба всесильны.

Игорь Сечин и Николай Патрушев – как две головы чекистской корпорации, на основе которой Владимир Путин выстраивал свою вертикаль власти и сокрушал внутренних врагов. Причем головы эти разные и расположены весьма интересно – одна на свету, другая всегда в глубокой тени.

В жизни обоих был судьбоносный миг, когда они впервые познакомились с будущим президентом. Для Сечина – это поездка в Бразилию с Анатолием Собчаком, в которой последнего сопровождал невысокий и неприметный советник – Владимир Путин.

Для Патрушева этот момент наступил в период его службы в Ленинградском управлении КГБ, где он отслеживал внешнеэкономические связи Ленсовета, которые курировал заместитель Собчака – тот же Владимир Путин.

Несмотря на то, что и Сечин, и Патрушев впоследствии стали для президента Путина самыми верными и надежными соратниками, их пути к головным позициям в путинской силовой вертикали были различными. Для Сечина – через тишь всех путинских кабинетов, овладение всеми тайнами своего патрона, контроль над информационными потоками и допуском к телу.

Для Патрушева же – через надежное прикрытие и обеспечение всех путинских политических спецопераций.

KGB-mater

Примечательно, что и сыном военного моряка Николаем Патрушевым после окончания им престижного Ленинградского кораблестроительного института, и выходцем из рабочей семьи Игорем Сечиным после окончания им филфака ЛГУ в свое время заинтересовался КГБ.

В случае с Патрушевым факт приглашения его на работу в систему госбезопасности полностью определил его дальнейшую карьеру. Начинал он свою службу младшим оперуполномоченным, возглавлял Ленинградскую службу по борьбе с контрабандой и коррупцией, министерство безопасности в Карелии и, наконец, попал на Лубянку, где и дослужился до директора ФСБ в чине генерала армии.

Что же касается Сечина, то официальных документов о его причастности к структурам госбезопасности никто не видел. Однако наличие в его анкете двухгодичного пробела после окончания вуза, служба военным переводчиком в воюющей Анголе и скудость сведений об этих этапах его карьеры многих убеждают в том, что Сечин имел отношение к советской разведке. Однако его дальнейшая карьера складывалась исключительно в гражданских структурах – иностранном отделе ЛГУ, мэрии Петербурга, Управлении делами и администрации президента.

Есть в их биографиях еще один интересный момент – полная противоположность их жизненных позиций и профессиональных ролей. Чекист Патрушев, восходя по карьерной лестнице, занимал ответственные и преимущественно первые посты – будь то в отделе Ленинградского КГБ, министерстве безопасности Карелии, управлениях ФСК или в самой ФСБ.

Сечин же всю жизнь был даже не то что вторым – он был тенью своего шефа. От коридоров питерской мэрии до администрации президента Игорь Сечин жил только одним – делами своего непосредственного начальника Владимира Путина.

Свето-тень

Они оба высадились на московской земле с первой волной питерского политического десанта во второй половине 90-х. Патрушев в 1994 году принял приглашение тогдашнего директора ФСК Сергея Степашина возглавить Управление собственной безопасности контрразведки.

После прибытия в Москву Владимира Путина Патрушев уже дальше неотступно следовал за будущим президентом. Он сменял его на всех постах, откуда Путин уходил на очередные повышения, след в след, занимая после него кресла начальника Главного контрольного управления президента, заместителя директора, а затем и директора ФСБ.

С того момента, как Патрушев возглавил ФСБ, он постоянно оказывался под огнем критики и в центре политических баталий, связанных с неутихающей волной террористических атак на российские города, войной в Чечне, шпионскими скандалами, делами о крупных хищениях и контрабандах. Каждый раз, после трагедий «Норд-Оста», Беслана, Назрани и Нальчика думалось, что Патрушев потеряет свое кресло.

Однако лояльность старого питерского сослуживца президенту всякий раз оказывалась для последнего важнее необходимости наказания за провалы. Именно благодаря этому Патрушев со своим ведомством занял в силовой вертикали, отстроенной Путиным за восемь лет правления, одно из ключевых мест.

В отличие от Патрушева Сечин никогда не выходил на свет. Следуя неотступно за своим начальником, вечный и верный секретарь Путина Игорь Сечин с момента приезда в Москву вслед за своим шефом в 1996 году за все это время появился на людях только дважды. Первый раз – в июне 2007-го на собрании акционеров возглавленной им Роснефти, а второй – в декабре 2007-го на Лубянке перед семьями погибших сотрудников ФСБ.

Кроме этих двух случаев он никогда не выходил к СМИ, не давал публичных комментариев, не делал никаких заявлений, не дал ни одного интервью. Все эти годы его стихией была тень своего начальника, а профессиональным кредо – что большие дела не терпят яркого света.

Силовая двуглава

Именно данное дихотомическое амплуа двух ключевых фигур путинской силовой вертикали – дополняющих друг друга публичного Патрушева и мистического Сечина – является основной характеристикой всех восьми лет укрепления чекистской корпорации в правление Путина. ФСБ во главе с Патрушевым является самой мощной силовой структурой современной России, располагающей наиболее квалифицированными и профессионально подготовленными кадрами.

Хозяин Лубянки владеет огромным объемом информации, компромата, силовым ресурсом, влиянием не только внутри своего ведомства, но и на ряд других силовых структур. Его влияние распространяется и на большое количество правительственных и хозяйствующих структур через возглавляемый им Национальный антитеррористический комитет и через институт Офицеров действующего резерва (ОДР), внедренных практически во все ключевые отрасли экономики.

В то время как Игорь Сечин за долгие годы через близость к телу президента, контроль над доступом в его кабинет, потоками входящей и исходящей информации, кадровой политикой накопил огромный объем политических и аппаратно-кадровых ресурсов.

Будучи помноженными на доверие президента и владение эксклюзивной информацией, эти ресурсы позволили Сечину не только добиться неформального контроля практически над всем силовым блоком, но и завладеть инициативой в жестком проведении воли Кремля при наступлении на строптивый крупный бизнес, развертывании широкой экономической экспансии и зачисток хозяйственного пространства.

Владимир Путин за годы своего правления, искусно используя эти два ресурса – как силовую мощь Патрушева, так и аппаратную мощь Сечина, выстроив с их помощью мощнейшую политико-силовую корпорацию, сумел полностью переформатировать внутриполитическое и экономическое пространство страны, доставшейся ему в наследство от Ельцина.

От редакции сайта.

Нет ничего удивительного в том, что причастные к решению особо ответственных, государственных задач люди оказываются у рычагов управления государством.

Достаточно вспомнить эпизод из произведения «Принц и нищий», когда последний использовал массивную государственную печать для раскалывания орехов(?!), хотя использование ее по прямому назначению, о чем знал принц, вызывало совершенно другие последствия!

Каждый должен заниматься тем делом, которому обучен и в котором, благодаря знаниям и опыту, преуспевает.

А еще такие знающие и информированные обо всем люди должны быть морально чисты и честны, с высоким чувством ответственности за доведение задуманного до логического конца.

Поэтому в каждой стране практика использования таких людей одинакова.

Руслан Курбанов