Иноязычные слова не упрощают взаимопонимание народов

16.07.2016-язык-article

 

Противники русского словообразования приводят довод, что перенятие чужих слов упрощает взаимопонимание с другими народами и облегчает общение, особенно деловое и научное.

Я бы добавил: но только в краткосрочной перспективе, и то не во всех случаях.

******

Как пьянство. Упрощает взаимопонимание, если выпить немного, но несёт ряд угроз.

Во-первых, если пить всё время с одним человеком(а мы заимствуем слова преимущественно из одного английского языка), то обидятся другие наши родные, друзья и соседи.

Во-вторых, если выпить лишнего(а в последние 25 лет скорость перенятия слов из английского языка в русский явно зашкалила), то неизбежно наступит тяжкое похмелье.

В-третьих, если выпивать регулярно, то и здоровье будет подорвано, и трудоспособность утрачена, и жизнь сокращена. Именно это с нами, русскими, сейчас и происходит- запой английскими словами, несущий ряд угроз. Это утрата способности народа к словообразованию на родном языке. Это размывание народного самосознания, ослабление духовной способности сопротивления. Это отрыв народа от корня своих предков, становящихся непонятными и поэтому чуждыми нам.

Хотя приятно выпить — как приятно перенять английские слова. Не нужно напрягать мысль, придумывая своё новое. Бери себе даром готовое и радуйся! Соседи ещё и похвалят за это. Взаимопонимание, и правда, облегчается — хотя лишь на короткое время, пока хмель не прошёл, и не наступило похмелье.

А в свете нашего вопроса взаимопонимания народов, похмелье — это непонимание и ложное понимание.

Профессор А.Л. Вассоевич, рассматривая перенятие русским языком латинских слов, рассказывал, как он писал работу на латинском языке. Вначале ничего не получалось, и он не мог понять, почему. Потом понял: латинские слова в русском языке утратили свой родной, изначальный смысл, и употребляются нами в других значениях.

Тогда Вассоевич заменил в русской версии своей работы все заимствования из латыни на синонимы с русскими корнесловами и перевёл работу с русского на латынь. Всё получилось!

Заимствованные иноязычные слова лишь короткое время соответствуют в новом языке своему изначальному, родному значению. Язык — существо живое, и в практике жизни значения чужеродных слов меняются. Кто-то не понял, ошибся в словоприменении, другие подхватили, потом снова исказили смысл — и в итоге вышло совсем не то.

Как например «урода»: по-польски — красота, а по-русски — совсем наоборот. Хотя изначальное значение в общем для русских и ляхов славянском языке было одно. Также «склеп» (магазин).

Если слово перенимается из живого языка, то искажение его значения удваивается, поскольку оно происходит и в языке-доноре, и в перенявшем языке.

Ярким примером служит слово «национальный». Изначально значение слова было ясно. «Нация» — это «народ» по-латыни.  Но в западноевропейских языках оно в последнее время стало также употребляться в смысле «государство», «страна». Попав в русский язык дважды — сначала из латыни как «народ», потом из современной Европы как «государство», слово вызвало путаницу.

«Экология» — слово латинского происхождения, также перевранное не у нас. В 20-м веке в русском языке это слово использовалось в исходном смысле — как наука о взаимодействии организмов. В ложном же значении (природопользование и природоохрана) оно попало к нам с Запада. В итоге, внутри русского языка возникло разночтение — между учёными советской школы, знающими это слово в латинском значении, и молодёжью.

Других примеров искажения смысла при перенятии слов из языка в язык — множество.

«Ремонт». «Починка» на языках романской группы, из которых это слово пришло,  будет «репарасьон», «репарация». Русское слово «ремонт» там не поймут.

«Монтаж» — подъём, поднятие. «Установка» по-французски — «инсталласьон».

Об этом слове история из жизни. Человек заказывает оконную раму:
–Доставка нужна?
–Да, привезите.
–Монтаж нужен?
–Да, на шестой этаж.

«Завулировать» — от слова «вуаль», парус. То есть, «запарусить». Но нет. В бедном французском языке нет слова «фата», поэтому женский наряд назвали «парусом» — то ли он, как и парус, развивается по ветру, то ли кто-то догадался использовать фату как парус. Но русский язык перенял не исходное, а только производное значение слова «вуаль» — в итоге получилось забавно. Отмечу, что во французском языке нет глагола от слова «вуаль» в значении фаты. Там «завуалировать» может значить только  пойти под парусом, и ничего больше.

«Автосервис» — такая вывеска  висит в Испании на продуктовых лавках, и означает то, что это слово и должно значить –  «самообслуживание». Берёшь товар сам, а платишь в кассе на выходе.

Кстати, и само испанское слово «бодега» — лавка — в современном русском языке используется в значении, отличном от изначального — «бодяга». Как и французский синоним «бутик».

А вот как произошёл наш русский «автосервис». Для вновь изобретённого  устройства не придумали названия на основе русского корнеслова, и взяли иноязычное слово – «автомобиль». «Авто» –  «само», «мобиль» – «движущийся». Всё правильно. Но далее от него последовали производные –  «авторемонт» (значит «саморемонт») и «автосервис». Скажите французу «авторемонт» — он вообще не поймёт, о чём вы. Хотя оба корня этого слова — французские.

Заметьте, подобных бессмыслиц не происходит, когда слова слагают из русских, понятных корнесловов. Никто не додумался назвать ремонт паровозов «пароремонтом», а обслуживание самолётов –  «самообслуживанием».

Паспорт: дословно —«дверепроход», по-русски — пропуск.  «Пассе» — проходить, «порт» — дверь.  Но «паспорт на гараж»: представьте себе гараж, проходящий в дверь!

«Де жур» — дня. «Пла де жур» — блюдо дня. Французское слово «жур» всем известно. Но: «эсминец уже третий месяц несёт в море боевое дежурство».

«Ликвидация» – «разжижение», ведь «ликвид» — это «жидкость». Можно «ликвидировать» складской запас, «слить» его, повысить текучесть товара путём снижения цены. Но как «ликвидировать» задолжность? А «ликвидировать затопление»?

«Тюнинг» – «настройка», происходит от корня «тюн» – мелодия. В родном языке, «тюнинг» –  настройка радиоприёмника для наилучшего звучания. Затем слово было распространено на другие подобные настройки, где путём проб и ошибок подбирают наилучшее значение какого-либо одного параметра. О нелепости русского применения слов «тюнинг», «коттедж» и некоторых других английских слов американский кинорепортёр Тим Керби снял отдельный забавный сюжет. Смеются они над нами… За наши нелепые попытки подражать им.

16.07.2016-img_57894806542be

Как над неграми на этой картинке — нам кажется нелепым их стремление слепо подражать европейцам, а сами негры относятся к заимствованиям серьёзно, до смешного.

Вывод: размывание русского языка иноязычными словами не только не способствует, но наоборот, вредит взаимопониманию с другими народами. Производные от иноязычных слов, как правило, несут ложный смысл.

Возродим русское словообразование!

Рыбин Вадим Викторович

******

КомментарийTatiana Ivanova

16.07.2016-русский-язык1-729x500

 

Я уже писала здесь ранее о Программе обучения русскому языку как иностранному Института русского языка и культуры МГУ. Я хотела бы еще раз повторить, поскольку это очень важно и очень по теме.

В Программе обучения, и в лекциях, и на практике — везде термины из английского, которыми оперируют наши весьма опытные филологи.

Например:
— «дети-билингвы» от английского bilingual — разве нельзя сказать по-русски: «двуязычные дети»?;
— «принципы коммуникативности» от communication — почему не «принципы общения»?;
— а чем «аудиовербальные навыки» стали лучше «слухопроизносительных навыков»? Тем, что они имеют иностранное происхождение?
— «чтение, говорение, письмо и ….аудирование» — почему «аудирование» не может быть просто «слушанием»?

Или вот такое из Программы обучения русскому языку иностранцев:
«ИНТЕНЦИИ. При решении определенных коммуникативных задач учащийся должен уметь вербально реализовать следующие интенции:..». Или: «Описание интенций для рецептивного усвоения…»
(ИНТЕНЦИИ c английского intentions.)

ВОПРОС:
Зачем русские филологи, которые в силу своей профессии больше, чем кто-либо, обязаны заботится о чистоте русского языка, вносят в программу и теорию русского языка слова из иностранного языка? У нас что, в русском языке нет таких прекрасных слов как ЦЕЛИ, НАМЕРЕНИЯ? Зачем нужно делать слово ИНТЕНЦИИ одним из основных в программе русского языка?
Зачем использовать слова «вербально» (verbally) и «рецептивное усвоение» (receptive) вместо слов «устно» и «восприимчивый»? Или эти русские слова недостойны для академической теории русского языка? Им нужна
иностранная замена?

Какому русскому языку преподаватель русского языка, обучавшийся по этой программе, будет учить американца или англичанина, употребляя его родные слова intentions, сommunicative, verbal, receptive на русский манер? Маразм!

Я еще как-то могу снисходительно относится к некоторым светским дамочкам или некоторым людям, далеким от филологии, которые в силу своего невежества или просто недопонимания важности знания русского языка, могут говорить на бытовом уровне «шопинг», «дринк», «джус», «травэл» и т.д., но когда филологи, которые в силу своей профессии обязаны не только не вносить измененные иностранные слова в русский язык, но и прилагать все усилия для того, чтобы их вообще искоренять, но они не делают этого, засоряя литературный и академический русский иностранными словами — вот этого я не понимаю.

У меня нет достаточного оптимизма, что наши ведущие филологи смогут оградить Великий и Могучий от проникновения иностранных слов, начиная с «хауза» и «дринка» и кончая «интенциями». И дело, как мне кажется, не только, простите за иностранное слово, в компетентности наших филологов (они достаточно компетентны!), а дело в постепенной сдаче всего русского, иногда неосознанно, а иногда сознательно — и это и есть ИНТЕНЦИЯ всего нашего образования в области русского языка.

А может вопрос нужно поставить по-другому: кому-то нужно показать, что русский не так велик и могуч, если даже не имеет своих собственных русских эквивалентов и не может обойтись без иностранных слов? Если так,
то кому это нужно?

https://nstarikov.ru/blog/68414

Дети-билингвы Прибалтики:

13.03.2015РМoriginal