Цена пакта

Чем же был договор с Гитлером для СССР — достижением или ошибкой?


Цена пакта


Пакту Молотова — Риббентропа в этом месяце «стукнет» 70 лет. Но вот парадокс — чем дальше мы уходим от этого события, тем чаще реанимируются старые споры времен холодной войны, старые аргументы, старые подходы.



Если услышите, что где–нибудь собрался «круглый стол российских историков», посвященный пакту–1939, можете смело спорить на деньги. Ибо в итоге обсуждения наверняка будут озвучены следующие тезисы: во всем виноваты англо–французы, желавшие направить гитлеровскую агрессию на Восток; Лондон и Париж, не желая договариваться с Москвой, толкнули Сталина на договор с Гитлером; пакт был мудрым шагом советского руководства, позволившим на два года отсрочить войну, и т. д. Эта аргументация была озвучена еще в книге «Фальсификаторы истории», вышедшей в Москве в 1948 году.

И вот сегодня она все еще живее всех живых. Почему? Потому что уровень и градус споров о прошлом все чаще напоминает незабвенные годы холодной войны. Многие публицисты и историки стран–новичков Евросоюза с восторженным щенячьим визгом неофитов кинулись клеймить «преступления СССР», не давая себе труда ни вникнуть в мотивы тогдашних решений, ни отделить зерна от плевел.

Лучшим ответом на этот тотальный наезд многие россияне считают тотальное «отрицалово» с контраргументами типа «Сам дурак!» и «На себя посмотрите!» В итоге между собой бьются идеологические схемы. А история нервно курит в сторонке. А жаль. Ведь события августа 1939 года и впрямь очень поучительны, если в них серьезно разобраться.


Цена пакта


Например, ситуация со срывом московских переговоров между русскими, англичанами и французами в июле 1939–го. Ведь соглашение, способное остановить Гитлера, было готово процентов на девяносто. Утрясли почти все вопросы. Кроме одного — определения «косвенной агрессии». Вкратце загвоздка была вот в чем: англичане считали, что если государству угрожают применением силы, то это косвенная агрессия и за него надо вступаться.

А СССР предложил считать агрессией и ситуацию, когда некое государство по собственной воле пойдет на союз с Гитлером. А если кто–то типа Улманиса ляжет под Гитлера — нам что, сидеть и смотреть, как в Либаве немецкая база появится? — вопрошала Москва. А где гарантия, что при такой постановке вопроса вы не используете какой–нибудь «левый» предлог для ввода войск в ту же Либаву? — опасались британцы.

Взаимное недоверие подрубило переговоры. Имел СССР право сомневаться в англичанах? Да, ведь у тех в «активе» была сдача Чехословакии. Имели англичане право не доверять Москве? Ну, как показала практика, в 1940–м СССР ввел дополнительные контингенты в страны Балтии, использовав даже такой предлог, как издание совместного военного журнала «Балтик ревью» (он упомянут в тексте советского ультиматума Литве, Латвии и Эстонии).

Но оправданны ли были опасения тех и других с позиций наших дней? Нет. Теперь–то мы знаем, что на сей раз Англия, дав в апреле 1939–го гарантии помощи Польше, твердо решила воевать с Гитлером. А СССР советизировал Балтию только после полного развала Западного фронта в 1940–м. Значит, была все–таки возможность договориться о едином фронте против Гитлера…

Отсюда урок: предпочтя трудные, муторные переговоры с неприятным партнером легкому соглашению с «внесистемным» режимом (каковым был на тот момент Гитлер), можно достигнуть временного тактического выигрыша. Но в итоге придется дорого за это заплатить. С сентября 1939–го по май 1940–го Сталин мог довольно потирать руки: капиталисты воюют друг с другом и провоюют, как он полагал, еще года четыре — до полного самоистощения.

Вот тут–то весь в белом и выйдет на сцену Советский Союз… Сталин ошибся, недооценив Гитлера, и уже в 1941–м ему пришлось воевать с ним — один на один. Что толку было ему упрекать Черчилля в Тегеране с затяжкой Второго фронта, ответ витал в воздухе: а где вы были в 1940–м?

Предвоенная история Европы — эта история о том, как, поддавшись на посулы Гитлера и отвергнув реальных партнеров, и Англия, и Франция, и СССР поставили себя на грань уничтожения. И добивать гада, который с поистине дьявольской хитростью обманул всех, пришлось всем миром, с неисчислимыми жертвами.


Цена пакта


Интересно взглянуть на события сегодняшних дней через призму августа 1939–го. Англо–саксы что тогда, что теперь — очень неприятные партнеры для переговоров. Порой просто отвратительные. И велико искушение показать им «козу». Например, помогая иранцам в осуществлении их ядерной программы. Но вот вопрос: не получится ли, что, утерев нос Западу — как в 1939–м, — Россия через некоторое время окажется лицом к лицу с гораздо худшей угрозой.

Учитывая, что помимо «большого сатаны» — США — в иранском политическом фольклоре присутствует и «сатана малый» — Россия? А лозунги «Смерть России!», что совсем недавно выкрикивали на тегеранских улицах? А иранские ракеты, от которых собираются строить ПРО в Чехии, будут добивать и до Москвы? Вопросы, на которые ответ на этот раз лучше знать заранее, а не постфактум…

Константин Гайворонский,

«Вести Сегодня», № 151.

ОТ РЕДАКЦИИ САЙТА.

В который раз приходится убеждаться, что нельзя на примитивном уровне оценивать факты истории, домысливать то, чего не было или происходило по иным причинам, при различных обстоятельствах. А вот политики, политологи и многие журналисты подчас делают такие сногсшибательные выводы, что опровергать их приходится долго и терпеливо, разъясняя азбучные истины.

Статья интересна и с точки зрения параллелей между прошлым и настоящим с попыткой предостеречь от инсинуаций и ошибок в будущем.

Приходится также признать, что в Латвии дискуссии о прошлом и настоящем в СМИ проходят более свободно и без давления на спорящих, как это случилось с Модестом Колеровым.

Интересна и фотография, объясняющая, что дружеские отношения между военными СССР и Германии не предвещали того страшного, что произойдет через несколько лет.

Если внимательно изучить снимок, то командир Красной Армии выглядит в группе растерянным, зато офицер вермахта самоуверенно что-то объясняет, растолковывает и даже поучает. И это понятно.

Перед мешковатым командиром КА офицер фашистской Германии — победительности армий стран Европы! Третья фигура покровительственно улыбающегося военнослужащего пониже рангом дополняет действительное превосходство военных германского вермахта.

К.Гайворонский