Под политической оккупацией

Валерий Выжутович, политический обозреватель

___________________

original

Очередной День Победы, как всегда, попал под оккупацию политикой. Такова участь многих исторических дат, а этой — особенно.Ну, например… Опасаясь столкновений с активистами правых радикальных организаций, участники празднования Дня Победы в Риге в этот раз решили обойтись без красных флагов, придя к памятнику освободителям только с цветами.

В стране, где ветераны местного легиона «Ваффен-СС» получают надбавку к пенсии, есть, впрочем, и политики, которые накануне 9 Мая пытаются хоть на йоту облегчить материальное положение бывших бойцов Красной армии.

Один из таких политиков — мэр Риги Нил Ушаков. Возглавляемые им городские власти помогают молодым добровольцам организовать посредством интернет-банка сбор пожертвований. Собранной суммы хватает на подарки освободителям Латвии от фашистской оккупации. Но там же, в Латвии, к 9 Мая приурочили принятие закона о запрете советской символики, приравняв ее к нацистской. А во Львове, наоборот, накануне Дня Победы окружной суд пристановил действие постановления городских властей, запрещающее советскую символику.

И вот так каждый год. Предмет для упражнений в политической риторике, как правило, один и тот же — судьба стран Балтии, по российской версии, освобожденных от фашистов, а по версии США и ряда европейских государств, оккупированных Советским Союзом.

Позиция российской стороны, уже не раз обозначенная, остается прежней: договоренности между Сталиным и Гитлером в отношении балтийских государств были в 1989 году осуждены высшим представительным органом Советского Союза, приносить покаяние каждый год Москва не будет. И не только потому, что ей не нравятся попытки представить освободителей от фашизма оккупантами. Дело еще и в том, что признание факта оккупации для России, правопреемницы СССР, обернулось бы колоссальными расходами. Литва оценила ущерб, нанесенный ей Советским Союзом, в 28 миллиардов долларов и, приравняв СССР к фашистской Германии, пока не отказывается от требований компенсации за советскую «оккупацию». Латвия и Эстония ведут свои подсчеты.

Чего добиваются страны Балтии, по-своему оценивая роль Красной армии в победе над германским фашизмом, понять нетрудно. Но дележом чего занимаются 9 Мая российские политики, стремясь расцветить День Победы своими флагами и лозунгами, использовать его для митингов и демонстраций? ЦК КПРФ, например, провел в этот день всероссийскую акцию. Звучали требования отправить в отставку правительство.

Коммунистам не нравится курс нынешнего правительства. Это нормально. Они были не в восторге от курса и всех предыдущих правительств. Это тоже нормально для несменяемого, не в пример правительствам, лидера КПРФ. Ненормально другое — когда политические акции проводятся 9 Мая. Ведь, что ни говори, это уже единственная дата, способная объединять нацию.

Подступая каждый год к празднованию Дня Победы, власть, вероятно, испытывает некоторые затруднения. Шлейф советской традиции, тянущийся за этим праздником, широк, долог, прочен — попробуй-ка оборви. Хотя не кажется, что с мая 1945-го и вплоть до мая 2013-го режим подстраивал свою идеологию под дух Победы. Скорее, наоборот: Победа праздновалась в духе той идеологии, что господствовала в соответствующую эпоху.

В 1945-м это было обещание выстраданного всенародного счастья: военное лихолетье миновало, ну теперь-то мы заживем!

В 1955-м, спустя два года после смерти Сталина и менее чем за год до XX съезда, роль покойного вождя в достижении Победы не то чтобы умалялась, но не особенно выпячивалась, а сама дата отмечалась без должного размаха.

В 1965-м идеология совершила новый кульбит: смещен был Хрущев, Солженицын объявлен «очернителем», началась подспудная реабилитация Сталина, закончилась опала Жукова как «маршала Победы», а сам День Победы сделался праздником, символизирующим торжество советского строя.

В 1975-м, в канун принятия брежневской Конституции, где закреплялась новая историческая общность — советский народ, Победа преподносилась как результат единения всех народов страны, независимо от их классовой и национальной принадлежности.

В 1985-м, положившем начало перестройке, власть возродила Парад Победы и сделала его более демократичным: к участию были впервые допущены ветераны войны.

В 1995-м, через полгода после начала войны в Чечне, героизм российских солдат, погибавших за Тереком, выглядел как эстафета подвига советских воинов, павших на фронтах Великой Отечественной.

В 2005-м на тему Победы войны стало возможно высказываться, не придерживаясь советских пропагандистских клише. О правде и мифах Великой Отечественной теперь идут дискуссии. Но проблема в том, что для ветеранов эта война — все еще не история. Она для них — часть протяженной на несколько десятилетий современности. Для большинства — лучшая часть. Спорить об этой войне с ними можно сколько угодно. В чем-то переубедить — вряд ли.

vizhutovichВот еще и поэтому не стоит превращать 9 Мая в поле политических боев.

http://www.rg.ru/2013/05/17/vizytovich.html

Опубликовано
в РГ 17 мая 2013 г.

___________________

9 мая 2013 года в Москве и Берлине

9.05.13-Шtmp9rGnPx

tmptB9ShO