Нюрнбергский процесс: в кулуарах мемуаристики

Нюрнбергский процесс: в кулуарах мемуаристики

 

От редакции сайта. В последнем номере еженедельника «Клайпеда» опубликован этот материал. Следует отметить, что в нынешних условиях информационного противостояния содержание материала привлекает объективностью и точностью пересказа исторических событий.

Нашим читателям с ним полезно познакомиться.

**********

 

Нюрнбергский процесс: в кулуарах мемуаристики

 

Преступник: рейхсмаршал нацистской Германии Г.В.Геринг, второй человек после А.Гитлера и его наследник, был чуть ли не единственным, кто нагло и упорно пытался изворачиваться до самого конца.

В первые дни Нюрнбергского процесса (20 ноября 1945 г. – 1 октября 1946 г.) в зале суда витали странные, довольно фамильярные настроения, однако 29 ноября 1945 г. атмосфера кардинально изменилась. Дело в том, что в этот день обвинители продемонстрировали кинофильм.

Смонтированная из документальных кадров кинолента начиналась с картин, снятых недалеко от Лейпцига. Камера оператора зафиксировала разбросанные по всей территории человеческие тела, застывшие в неестественных позах, некоторые – жутко почерневшие.

Оказалось, что это заключённые, которых национал-социалисты поначалу согнали в одно строение. А потом караульные его подожгли. Людей, которым удавалось вырваться из пылавшего здания, нацисты встречали выстрелами. А те, кого миновали пули, испускали дух, повиснув на колючей проволоке.

Далее следовали кадры из Пенига (Саксония), Ордруфа (Тюрингия), Бухенвальда (Веймар), Дахау (Бавария) и прочих населенных пунктов, рядом с которыми находились концентрационные лагеря, лагеря смерти, лагеря принудительных работ, лагеря для военнопленных.

Операторы запечатлели сваленные в заброшенных строениях и складах горы трупов, челюстей, костей, пепла, волос, зафиксировали истощённые от голода тела, в которых еще теплилась жизнь, но её выдавало только слабое движение глаз, эксцентричные изделия, изготовленные из человеческих костей и кожи (например, пресс-папье из человеческого черепа).

Не забыли они запечатлеть и улыбающихся жителей Германии из окрестных поселков, которые однако вскоре менялись в лице. Американцы привезли их в лагеря, чтобы они собственными глазами увидели плоды власти Третьего рейха.

На кадрах, сделанных в лагере для военнопленных «Шталаг-311» («Stalage VI-C»), группа заключённых роется в грудах мусора, демонстрируя свои методы поиска еды. Фильм завершается красноречивым зрелищем из концлагеря Берген-Бельзена (Нижняя Саксония) – бульдозер освободителей толкает горы трупов к месту вечного упокоения.

Кадры кинофильма и другие представленные обвинителями доказательства шокировали обвиняемых, сидевших на скамье подсудимых. Герман Вильгельм Геринг (1893–1946) был чуть ли не единственным, кто нагло и упорно пытался изворачиваться до самого конца. А его самоубийство накануне казни стало словно последним плевком в сторону суда, обвинений и жертв нацизма.

Ганс Михаэль Франк (1900–1946), генерал-губернатор оккупированной нацистами Польши, был одним из немногих, кто продемонстрировал раскаяние в содеянном. Попав в плен к американцам, он дважды пытался наложить на себя руки, однако позднее, находясь за решеткой, передал 43 тома корреспонденции (во время судебного процесса они были использованы как доказательства против него) и обратился в католичество. Говорят, что он единственный шел к месту казни с улыбкой на лице.

Подобное смирение пытался изображать и бывший помощник Г.М.Франка – Артур Зейсс-Инкварт (1892–1946).

«Смерть через повешение. Что ж, с учетом всей ситуации, вряд ли можно было рассчитывать на что-то другое», – молвил рейхскомиссар оккупированных Нидерландов, по вине которого множество евреев и голландцев подверглись жестоким мучениям.

Главный удар по обвинению в использовании рабского труда обрушился на головы двух нацистских преступников – Бертольда Конрада Германа Альберта Шпеера (1905–1981) и Эрнста Фридриха Кристофа «Фрица» Заукеля (1894–1946). А.Шпеер был архитектором и фаворитом Адольфа Гитлера (1889–1945). С февраля 1942 года он занимал пост рейхсминистра вооружений и военного производства.

Ф.Заукель поставлял военной промышленности дешевую рабочую силу, а А.Шпеер распределял её по собственному усмотрению. Во время процесса А.Шпеер пытался доказать суду, что в Третьем рейхе он был рядовым технократом-оппортунистом, который случайно оказался втянут в ловушку нацистского безумства. Для большей убедительности А.Шпеер блеснул своим даром красноречия.

«Новая война такого масштаба завершится уничтожением человеческой культуры и цивилизации. Обязанность этого суда – помочь предотвратить такие извращенные войны и установить правила, по которым люди смогут сосуществовать», – разливался А.Шпеер голосом общественника, стремившегося сохранить место на советской рыночной площади.

Его игра произвела впечатление на суд, который приговорил А.Шпеера к двадцати годам тюремного заключения, в то время как Ф.Заукель был повешен. Отбыв весь срок заключения, А.Шпеер продолжил демонстрировать свой образ аполитичного бюрократа-профессионала. Он охотно общался с прессой, издавал книги воспоминаний.

Вторым из осужденных на двадцать лет лишения свободы был лидер нацистских молодежных организаций Бальдур Бенедикт фон Ширах (1907–1974). Он тоже демонстрировал раскаяние и публично отрёкся от фюрера. Во время тюремного заключения его к тому же наказала и жена, потребовав развода. Б. фон Ширах тоже писал мемуары.

Министру иностранных дел Третьего рейха Иоахиму фон Риббентропу (1893–1946) суд вынес смертный приговор. Его предшественник Константин Герман Карл Фрейхер фон Нейрат (1873–1956) был осуждён на пятнадцать лет лишения свободы.

Представ перед судом, фельдмаршал Вильгельм Бодевин Йоханн Густав Кейтель (1882–1946) старался сохранять достоинство. Он и его коллега Альфред Йозеф Фердинанд Йодль (1890–1946) обвинялись в издании приказов, разрешающих жестокую расправу над комиссарами-красноармейцами, партизанами-антифашистами и снимающих с немецких солдат любую уголовную ответственность за это. Говорят, что перед казнью В.Кейтель поблагодарил лютеранского священника за помощь и попросил Бога сжалиться над народом Германии.

А.Йодль тоже был повешен. Позднее смертный приговор ему был отменён, но для генерала это уже было неактуально. Суд разрешил вернуть имущество его жене. Спустя время другой суд это решение отменил, но было позволено оставить вдове ценности.

Однако особое красноречие на эшафоте продемонстрировал идеолог и теоретик национал-социализма Альфред Эрнст Розенберг (1893–1946). На вопрос о том, желает ли он сделать последнее заявление перед смертью, он ответил одним словом: «Нет».

Ляонас Диковас

26.09.2021

«Klaipėdos» dienraščio redakcija
Naujojo Sodo g. 1 a, «K centras»,92118 Klaipėda

www.kl.lt