ЧЕМУ УЧИТ ИСТОРИЯ

Генерал армии Махмут ГАРЕЕВ, доктор исторических наук.

Один американский историк говорил: «Я написал слишком много исторических исследований, чтобы верить им. Так что, если кто-то со мной не согласен, я всегда готов с ним согласиться». А Джордж Оруэлл по этому поводу заметил: «В общем, я увидел, как историю пишут, исходя не из того, что происходило, а из того, что должно было происходить». Говорят, Илья Эренбург на встрече с Лионом Фейхтвангером воскликнул по поводу происходящего в ту пору: «Что на это скажет история?» Фейхтвангер ответил: «Эта сука, как всегда, соврет». Но ведь врет не сама уже состоявшаяся история (ее не переделаешь), а те, кто пытается ее переиначить.

Польша и Россия

Особенно усердствуют в области переиначивания истории некоторые общественные круги и политики восточноевропейских и прибалтийских стран. Начинаются обычно подобные акции с переписывания и извращения истории наших народов, имеющей более чем тысячелетнее прошлое. За это время всякое бывало: торговля и сотрудничество, союзы и совместные выступления против общих врагов и угроз (наиболее характерный пример: Грюнвальд 1410 года, где, по существу, все славянские народы вместе выступили против западных крестоносцев), были раздоры и войны между собой. Пушкин в своем знаменитом стихотворении «Клеветникам России» называл все это «домашним, старым спором славян между собой»: «Не раз клонилась под грозою то их, то наша сторона».

Но все это не было чем-то исключительным в мировой или в европейской истории. Во взаимоотношениях британцев, испанцев, французов, немцев и австрийцев, шведов и датчан и других народов всего этого было не меньше. К чести европейских народов, в современную эпоху острота противоречий между ними все больше притухает. Но в Польше и странах Балтии все еще находятся люди, стремящиеся любой ценой бередить старые раны и искусственно нагнетать разногласия с Россией. Причем искры для противоречий пытаются высекать прежде всего из старых, обветшалых камней прошлого, хотя об общей истории наших народов нельзя судить лишь по отдельным, искусственно выхваченным периодам и событиям. Важно рассматривать ее в цельном виде во всей противоречивой сложности русско-польских, русско-литовских, русско-немецких и русско-турецких отношений.

Если в самом сжатом виде осветить их суть, то она состоит в том, что территории Западной Белоруссии, Западной Украины и Бессарабии всегда входили в состав Киевской Руси. Город Тарту (Юрьев) был основан Ярославом Мудрым. В XII – XIII веках на прибалтийских территориях располагались Полоцкое, Турово-Пинское, Владимир-Волынское и Галицкое русские княжества. Прибалтийские племена, не имевшие своей государственности, подвергались экспансии немецких завоевателей, в отражении которой совместно с прибалтийскими народами принимали участие и русские.

Во времена Золотой Орды произошло объединение литовских племен и возникновение Великого княжества Литовского, которое захватило Полоцк, Витебск и другие русские города и земли (90% его территории составляли русские земли). Юго-западные земли (например, Галицко-Волынское княжество) были захвачены Польшей. На всех этих землях стало широко распространяться католичество. В этот же период (с начала ХIII в.) немецкие рыцари захватили Эстляндию, Лифляндию и Курляндию. Разногласия между Московской Русью и Польшей умело подогревались извне, особенно римской католической церковью.

С образованием русского государства при Иване III часть этих земель была возвращена. В 1569 году по Люблинской унии Литва утратила собственную государственность, объединившись с Польшей на правах внутренней автономии. Украинские и белорусские земли продолжали оставаться в составе Польши. При Петре I в ходе Северной войны со Швецией русские войска вновь вступили в Прибалтику. Польша, ослабленная постоянными раздорами внутри властной верхушки и сопротивлением захваченных ею народов, в конце XVIII века стала жертвой разделов ее территории Пруссией, Россией и Австрией. Справедливости ради надо сказать, что инициаторами захвата польских земель выступали Вена и Берлин.

———————————————————————————

«Помню, впервые услышав еще не знакомого мне тогда простого полковника Гареева, командира мотострелковой дивизии, на научной конференции в Белоруссии по Великой Отечественной войне, с которой писала отчет для ТАСС, я была просто сражена силой его блестящей эрудированности, знанием вопроса, ораторским искусством. Померкли все доклады поднимавшихся до него на трибуну академиков».

Из книги Ларисы ОСТАШЕВОЙ «Старое зеркало».

———————————————————————————

После разгрома Наполеоном Пруссии в 1807 году вновь встал вопрос о судьбе Польши. Польский национальный герой Тадеуш Костюшко отказался следовать за Бонапартом, но польские магнаты в большинстве своем присоединились к походу Наполеона против России, хотя последний довольно терпимо относился к тем, кто не хотел идти вместе с ним. Известен случай, когда один польский полковник отказался идти с Наполеоном и его решили арестовать. Наполеон приказал отпустить поляка со словами (как сказано в известной симоновской поэме): «Стыдно, господа! На собственную славу не поднимают рук. Полковник, пролив кровь на войне, завоевал себе право верить или не верить мне».

Да, полякам не откажешь в мужестве и внешнем благородстве. Но такими дальновидными, как Костюшко или упомянутый выше полковник, были далеко не все…

Несмотря на участие польских вооруженных формирований в походе Наполеона на Москву, царство Польское в составе России получило от Александра I конституцию, двухпалатный сейм, самостоятельную польскую армию и другие атрибуты государственной самостоятельности. Польскому населению были предоставлены права и свободы, которыми не располагали подданные России, Пруссии и Австрии. Десятки тысяч польских дворянских родов (треть всех потомственных дворян Российской империи) служили в государственном аппарате и в составе офицерского корпуса Российской армии.

Вообще разговоры некоторых современных политологов насчет того, что Российская империя была унитарным государством, состоявшим из губерний с одинаковым статусом, основаны на незнании подлинной истории или ее преднамеренном искажении. В действительности и Царство Польское, и Великое княжество Финляндское, и Бухарское ханство, и некоторые другие регионы, в том числе на Кавказе, имели свой особый статус.

Если говорить о советском периоде, то следует иметь в виду, что Финляндия, все прибалтийские республики и Польша, до 1917 года составлявшие неотъемлемую часть Российского государства, свою самостоятельность приобрели именно в результате Октябрьской революции в России. В своем обращении к польскому народу в марте 1917 года Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов сформировал принципы самоопределения наций: «Демократия России стоит на почве национально-политического самоопределения народов и провозглашает, что Польша имеет право быть совершенно независимой в государственно-международном отношении».

В декрете Совета Народных Комиссаров РСФСР, подписанном Лениным 23 августа 1918 года, было сказано: «Все договоры и акты, заключенные Правительством бывшей Российской империи с Правительствами Королевства Прусского и Австро-Венгерской империи, касающиеся разделов Польши, ввиду их противоречия принципу самоопределения наций и революционному правосознанию русского народа, признавшего за польским народом неотъемлемое право на самостоятельность и единство, отменяются настоящим бесповоротно».

Правда о 1939 годе

И о событиях накануне Великой Отечественной войны, касающихся воссоединения Западной Украины и Западной Белоруссии и вхождения трех прибалтийских республик в состав СССР, нельзя судить упрощенно, без учета всей сложности складывавшейся в то время военно-политической обстановки.

Советскому Союзу особенно выбирать не приходилось. Он сотрудничал с теми, кто хотел этого. Широкое сотрудничество с Германией осуществлялось в 20-е годы. Еще в 1934 г. Советское правительство предприняло ряд дипломатических шагов, чтобы наладить отношения с новым германским руководством, главным образом с целью обеспечить безопасность своей страны и по возможности оградить прибалтийские страны и Польшу от германской экспансии. Но германские правители в то время на серьезные встречные шаги не пошли.

У них были другие планы. После войны стали известны слова Гитлера: «Все, что я делаю, направлено против России. Если Запад настолько глуп, чтобы не понять этого, тогда я буду вынужден пойти на компромисс и сначала нанести удар против Запада. Затем я обрушу все свои силы против СССР. Мне нужна Украина, чтобы никто не довел нас до голода так, как это было во время прошлой войны». Но до поры до времени Гитлер маскировал эти планы.

Решение о войне с Польшей было принято им в апреле 1939 года. Так что заключенное в августе советско-германское соглашение о ненападении никак не могло повлиять на это решение. Нападение на Польшу состоялось бы при любых обстоятельствах. Гитлеру был нужен именно сокрушительный, ошеломляющий разгром Польши в назидание всем другим странам. По его словам, «то, что произойдет в случае войны с Польшей, превзойдет и затмит гуннов. Эта безудержность в германских военных действиях необходима, чтобы продемонстрировать государствам Востока и Юго-Востока на примере уничтожения Польши, что означает в условиях сегодняшнего дня противоречить желанию немцев и провоцировать Германию на введение военных сил».

Хорошо известно также, как проходили переговоры нашего правительства с представителями Англии и Франции по вопросам предотвращения войны на европейском континенте. Достаточно напомнить, что на переговоры в Москву были присланы третьестепенные лица, не имеющие даже официальных полномочий для заключения межгосударственных соглашений. Страны «западной демократии» никаких серьезных соглашений с Советским Союзом, направленных на предотвращение гитлеровской агрессии, не собирались заключать.

Больше того, как показали Мюнхенские соглашения 1938 года, практически они делали все для того, чтобы хоть как-то «умиротворить» агрессора и направить его на Восток. Характерно, что германские генералы Бек, фон Витцлебен и другие при участии начальника генерального штаба сухопутных войск Гальдера в конце августа 1938 года организовали заговор с целью арестовать Гитлера, как только он подпишет приказ о нападении на Чехословакию, за то, что он пытался ввергнуть Германию в новую европейскую войну. Они поставили об этом в известность высших руководителей Англии и Франции, но последние, преследуя свои антисоветские цели, игнорировали все это и предпочли заключить Мюнхенское соглашение и вынудить Чехословакию подчиниться воле Гитлера.

Если бы даже какие-то соглашения с Англией и Францией были заключены, это в принципе не меняло положения дел. Ведь между СССР и Францией в 30-е годы было заключено соглашение об оказании помощи Чехословакии, но в 1938 году Франция отказалась от своих обязательств по нему. И никаких поляков они не собирались защищать. Посол США в Лондоне Кеннеди был убежден, «что поляков следует бросить на произвол судьбы и дать нацистам возможность осуществить свои цели на Востоке». Конфликт между СССР и Германией, по его словам, принесет большую выгоду всему западному миру. Посол США в Берлине Вильсон также считал наилучшим вариантом нападение Германии на Россию при молчаливом согласии западных держав «и даже с их одобрения».

В дело срыва всех усилий, направленных на обуздание фашистской агрессии и предотвращение развязывания Второй мировой войны, немалый вклад внесла и Польша.

Еще в 1934 году была заключена польско-германская декларация, которая даже в западной историографии считается первой брешью, пробитой в деле создания коллективной безопасности в Европе. Вместе с тем польское правительство не желало идти на какие-либо соглашения с Советским Союзом по вопросам обеспечения взаимной безопасности. Оно ни при каких обстоятельствах не соглашалось пропустить советские войска через свою территорию в случае нападения Германии на Польшу или Чехословакию. А без этого Советская Армия не могла оказать какой-либо военной помощи. Хотя надо признать, что и со стороны советского правительства, может быть, не все было сделано для того, чтобы преодолеть эти препятствия. Например, была возможность пригласить польскую делегацию на переговоры с англо-французской делегацией. Но этого не было сделано.

Не предпринимала никаких встречных шагов и Польша, которая всецело полагалась на английскую и французскую военную помощь. Когда 1 сентября 1939 г. началась германская агрессия, Англия и Франция для приличия объявили войну Германии, но воевать практически не собирались, отсиживаясь за «линией Мажино». Они, по существу, предали Польшу, но по этому поводу особого шума никогда не было.

Советский Союз не вмешивался в войну вплоть до 17 сентября. И только в последний момент, когда польское правительство фактически покинуло территорию Польши, бросив на произвол судьбы свой народ, советские войска были введены на территории Западной Белоруссии и Западной Украины с целью не допустить захвата их Германией и освободить земли, которые незаконно были захвачены Польшей в 1920 году. Тем более, что Польша не могла уже воспрепятствовать захвату этих земель немцами.

Бывший британский премьер-министр Ллойд Джордж 28 сентября 1939 года писал польскому послу в Лондоне: «Русские армии вошли на территории, которые не являются польскими и которые были аннексированы Польшей силой после Первой мировой войны… Различие между двумя событиями становится все более очевидным для британского и французского общественного мнения. Было бы преступным безумием ставить их на одну доску».

Уинстон Черчилль даже в период наиболее напряженных советско-британских отношений 1 октября 1939 года в своем выступлении по радио говорил: «То, что русские армии должны были находиться на этой линии, было совершенно необходимо для безопасности России против немецкой угрозы. Во всяком случае, позиции заняты и создан Восточный фронт, на который нацистская Германия не осмеливается напасть». Такие стратегические шаги неоднократно предпринимались и другими странами.

США в 1942 году высадились в Марокко, не спросив разрешения ни у марокканского правителя, ни у правительства Виши, с которым они поддерживали дипломатические отношения. Командование США объясняло это необходимостью обеспечения стратегической внезапности. Когда в 1941 году возникла угроза проникновения фашистских сил в Иран, Англия и СССР (стратегически вполне оправданно) договорились о вводе своих войск на территорию Ирана.

Объективности ради следует сказать, что, к сожалению, в тот период и со стороны СССР не было достаточной последовательности и гибкости в политике. Были оскорбительные заявления в адрес Польши, выдвигались требования о прекращении со стороны Англии и Франции войны против Германии, делались предупреждения, что «в случае продолжения войны правительства Германии и СССР будут консультироваться друг с другом о необходимых мерах»… Но в конечном счете не эти обстоятельства определяли развитие событий.

Нашу страну больше всего упрекают за заключение в августе 1939 года советско-германского пакта о ненападении под тем предлогом, что именно «сговор» между Гитлером и Сталиным якобы развязал руки Гитлеру и способствовал нападению на Польшу, разгрому Франции в 1940 году и вообще эскалации Второй мировой войны. Особо «преступными» объявляются так называемые «секретные протоколы». Но все это совершенно не состоятельные утверждения, которые опровергаются историческими фактами.

Особую опасность для СССР представляли тайные англо-германские переговоры, которые велись вплоть до лета 1941 года. Велись они и в июне-июле 1939 года. Министр иностранных дел Англии Галифакс лично посетил Гитлера и Гиммлера. Чемберлен трижды ездил к Гитлеру. На 23 августа была назначена встреча Геринга с Чемберленом в Лондоне, которая сорвалась в связи с приездом Риббентропа в Москву. Нельзя забывать и о том, что летом 1939 года шли сражения на Халхин-Голе против японских агрессоров. Для нас возникала угроза войны на два фронта с сильнейшими противниками на Западе и Востоке.

В этих условиях Советский Союз был поставлен перед дилеммой: или оставаться в полной изоляции и стать жертвой германской агрессии, прямо или косвенно поддержанной ведущими западными державами, или заключить договор о ненападении с Германией с тем, чтобы оттянуть начало войны и выиграть время для подготовки к отражению агрессии. У советского руководства не было иного пути, как предпринять этот последний шаг. Тем более, что заключение пакта о ненападении с Германией способствовало и заключению соглашения о нейтралитете с Японией.

Не были чем-то невиданными и секретные договоренности о разделе сфер влияния с Германией. Секретные переговоры с заключением соответствующих соглашений велись между Англией и Германией. Польско-английский договор от 25 августа 1939 года также имел секретное приложение, в котором, в частности, Литва объявлялась принадлежащей к сфере интересов Польши, а Бельгия и Голландия – Великобритании. Латвия и Эстония в августе 1938 года подписали секретные соглашения о гарантиях их границ с Германией.

Соглашения Сталина с Рузвельтом и Черчиллем о разделе Европы в Ялте и с Трумэном в Потсдаме в 1945 году тоже до поры до времени были тайными. До сих пор действуют секретные дополнения к американо-японскому договору о безопасности 1951 года.

Разделение территорий, сфер влияния происходило после каждой большой войны. Тридцатилетняя война завершилась Вестфальским миром 1648 года, наполеоновские войны — Венским конгрессом 1815 года. Они тоже определяли послевоенное устройство Европы. После Второй мировой войны устройство Европы зафиксировали Ялтинские и Потсдамские соглашения, подкрепленные Хельсинкскими соглашениями 1975 года.

В свете всего этого совершенно нелигитимными являются решения Верховного Совета СССР 1990 года, ставящие под сомнение советско-германский договор 1939 года, принятый в обстановке всеобщего умственного помрачения и психологического давления Запада и его «пятой колонны» в нашей стране при попустительстве Горбачева. При заключении советско-германского договора никаких международных норм не было нарушено, а сегодняшние разглагольствования о «разделе сфер влияния», «секретных протоколах» и прочее – это демагогия.

В сложившейся в то время обстановке Советскому Союзу для обеспечения безопасности не только своей страны, но и в интересах противодействия фашизму вообще, что в конечном счете было и в интересах польского народа, нужно было любой ценой предотвратить захват Прибалтики и территории Польши, выиграть время для отражения гитлеровской агрессии.

При более ответственном отношении польского руководства к национальным интересам своей страны можно было и всю территорию Польши защищать совместными усилиями, и тогда, может, более активно действовали бы и англо-французские войска, и Вторая мировая война в целом для антигитлеровской коалиции могла начаться в более благоприятных условиях.

Некоторые безответственные люди не отдают себе отчета в том, какие последствия вытекают из признания преступными или незаконными заключенных в 1939 г. советско-германских соглашений – только из-за того, что они имели секретные приложения о разделе сфер влияния.

Прежде всего такой подход ставит под сомнение все заключенные после войны международные соглашения, в том числе заключенные в 1975 году в Хельсинки. Ставится под вопрос законность существовавших границ СССР и его правопреемницы – Российской Федерации, например, принадлежность Карельского перешейка, Калининградской области и ряда других территорий. А для Польши встает вопрос о правомерности владения ею западными землями, частью Восточной Пруссии, для Литвы –Вильнюсом… Создается формальное (хотя и ложное по существу) основание для реабилитации «лесных братьев», прибалтийских эсэсовцев, бандеровцев и других бандитских формирований, сражавшихся на стороне Гитлера.

Признание незаконным договора 1939 года создает почву для всякого рода спекуляций по оценке сути Великой Отечественной войны. Если договор незаконный, то нарушение его Гитлером не будет считаться преступлением, как это было установлено на Нюрнбергском процессе. Наша страна лишается морально-правовой основы, оправдывающей ее действия по отпору фашистской агрессии. Короче говоря, тогда фашистская Германия и Советский Союз ставятся на одну доску, как виновники развязывания Второй мировой войны, чего и добиваются фальсификаторы истории.

Не случайно ведь в недавних телепередачах Познера и Соловьева эти телеведущие все свели к разговорам вокруг «секретных протоколов». Суть их состояла в том, что раз протоколы секретные, раз были секретные соглашения – значит, и сама война и все действия нашей страны нелегитимны и преступны. Вот такой опасный подход к серьезным вопросам.

Почему мы пришли в Европу?

Со всем этим связан и вопрос об освободительной миссии Советской Армии во время Второй мировой войны. Еще в советское время в Институте отечественной истории РАН нашлись умники, утверждающие, что война 1941-1945 гг. для советского народа была отечественной лишь до выхода советской армии на свои государственные границы в 1944 году. Далее она, получается, была неизвестно чем.

Однако, во-первых, советское правительство было связано соответствующими международными соглашениями с США, Великобританией, другими государствами о полном разгроме фашистской Германии и ее сателлитов, добиваясь их безоговорочной капитуляции.

Во-вторых, с точки зрения военно-политической при отказе СССР переходить границы союзникам пришлось бы одним воевать против Германии, Венгрии и других стран гитлеровской коалиции, в том числе против всех войск, освободившихся на советско-германском фронте.

Перед завершающей войну кампанией 1945 г. против советских войск действовали 179 немецких и 16 дивизий союзников Германии, а против американо-английских войск — 107 дивизий. Нетрудно себе представить, особенно, если вспомнить арденнские события, в какое положение попали бы союзники, если бы против них было переброшено еще 150-200 дивизий. Это означало бы катастрофу для союзников, или они наверняка пошли бы на заключение сепаратного мира. Оставались бы германская империя и соответствующая потенциальная угроза для нашей страны.

Пусть любой здравомыслящий читатель прикинет, как с учетом всего изложенного можно было Сталину остановить войска у наших западных границ и отказаться от освобождения других стран, находящихся под фашистской оккупацией, а главное – дать возможность разбитому, но еще сильному противнику отступить в глубь своей территории и снова собраться с силами. Не говоря уже о том, что впереди были лагеря военнопленных, угнанные в рабство наши соотечественники.

Возникает и вопрос: как же поляки и прибалты думали освобождаться из-под фашистской оккупации?

Некоторые польские политики, с одной стороны, обвиняют советские войска в том, что они пришли и «оккупировали» Польшу, с другой – судачат о том, почему «не помогли» Варшавскому восстанию в конце 1944 года. Теперь уже документально доказано, что руководитель Варшавского восстания генерал Бур-Комаровский сотрудничал с представителями германского командования. Он заявлял: «В данном случае ослабление Германии как раз не в наших интересах. Кроме того, я вижу угрозу в лице России. Чем дальше находится русская армия, тем лучше для нас». Примечательно, что Бур-Комаровский отказался от помощи советских офицеров, которые были готовы его переправить на освобожденную советскими войсками территорию и перешел на сторону фашистов. Ему и подобным людям не нужна была никакая помощь. Они были готовы отдать на растерзание свой народ только ради того, чтобы быть с теми, кто «идейно», по духу был им ближе.

Освобождение из-под фашистского ига польскому народу принесли Советская Армия и вновь созданное Войско Польское, участники польского антифашистского сопротивления. Когда командир 45-го стрелкового корпуса 3-го Белорусского фронта доблестный, много и хорошо воевавший генерал С.Г. Поплавский в сентябре 1944 года убывал от нас для командования одной из польских армий, он откровенно говорил нам, как он любит Польшу и что он впредь не будет щадить себя, сражаясь за освобождение польского народа.

После войны генерал Поплавский был депутатом сейма. После его выступления на заседании сейма один из панов, просидевших всю войну в Лондоне, высокомерно заявил: «Некоторые депутаты, выступающие от имени польского народа, даже не умеют толком говорить по-польски». Станислав Гилярович на это спокойно и достойно ответил: «Да, судьба так сложилась, что мы не смогли хорошо овладеть своим родным языком, мы это исправим и выучим польский язык. Но сегодня настоящий поляк – это не тот, кто в тяжкие для страны годы отсиживался в глубоком тылу чужих стран, а тот, кто проливал кровь, сражаясь на фронтах за освобождение своей Родины из-под фашистской оккупации». Таких честных, отважных поляков были миллионы, и прежде всего они спасли и привели Польшу к окончательному освобождению и олицетворяют цвет польской нации.

Рассматривая историю российско-польских отношений, нельзя не заметить еще один характерный штрих. Польские правители, порою в союзе с другими государствами в той или иной коалиции, не всегда оказывались последовательными в выполнении союзнического долга и отличались повышенным национальным эгоизмом.

В результате польско-германской войны и освобождения Красной Армией Западной Белоруссии и Западной Украины на территории СССР оказалось большое количество польских военнослужащих и молодежи призывного возраста. После нападения Германии на Советский Союз многие патриотически настроенные поляки обращались с просьбами дать им возможность сражаться против общего врага – гитлеровского фашизма. Идя навстречу этим благородным стремлениям, советское правительство заключило соглашение с правительством Польши в иммиграции (Лондоне) о формировании на территории нашей страны польских воинских частей.

В первую очередь была сформирована армия генерала Андерса численностью около 90 тыс. человек. Войска этой армии были обеспечены всем необходимым вооружением, материальными средствами, им предоставили достаточное время для боевой подготовки. После окончания боевого слаживания соединений и частей встал вопрос об отправке их на фронт. Но Лондонское правительство Польши и генерал Андерс отказались воевать. Среди польских военнослужащих началась усиленная антисоветская пропаганда. По настоянию правительств Англии, США и иммигрантского правительства Польши основная часть польских формирований была отправлена в Иран.

Они покидали территорию нашей страны в один из тяжелейших периодов на советско-германском фронте, когда в 1942 году начались наиболее ожесточенные сражения на Сталинградском направлении. На фронте каждый человек был дорог, под Сталинградом решалась судьба всей Второй мировой войны, в том числе судьба Польши. Но вновь сформированные и хорошо вооруженные свежие польские дивизии, повернувшись спиной к фронту, уходили на Ближний Восток и в районы Средиземноморья, где, конечно, удобнее было «воевать». Приходится вспомнить слова Пушкина: «Европа в отношении России столь же невежественна, сколь и неблагодарна».

Но немало было и честных поляков, настоящих патриотов, которые во главе с генералом Берлингом вошли в состав 1-й дивизию имени Тадеуша Костюшко и уже летом 1943 года вступили в бой с немецкими захватчиками. Позже были созданы две польские армии, которые, участвуя в Белорусской, Висло-Одерской и Берлинской операциях, вместе с советскими войсками освободили свою родину.

Как жить дальше

Как это ни огорчительно, но приходится признать, что России сегодня противостоят последователи тех, кто заключал Мюнхенское соглашение и подталкивал Гитлера для похода на Восток. Если этим людям больше по душе власовцы, чем советские солдаты, сражавшиеся с фашизмом, если им милее эсэсовцы и бандеровцы, чем солдаты Эстонского корпуса или Войска Польского, тогда все становится на свои места и никакими лицемерными разглагольствованиями о «демократии» им не удастся скрыть подлинную суть своей политической ангажированности.

На высоком международном уровне сделаны непререкаемыми «холокост» или «геноцид армян», существуют законы об ответственности лиц, пытающихся отрицать их. И нечто подобное надо сделать относительно победы над фашизмом во Второй мировой войне и установить соответствующую ответственность за отрицание и поношение этого исторически состоявшегося факта.

Конечно, сегодня мир и отношение к нашей стране уже далеко не такие, как в 1930-е годы или в период «холодной войны». Проведение всемирных форумов великих держав с участием России, возросшие масштабы экономического и культурного сотрудничества миллионов людей между собой говорят сами за себя.

Конечно, в соответствии со сложившейся геополитической обстановкой и новыми центрами притяжения у Польши, стран Балтии изменились векторы развития экономики и внешнеполитического сотрудничества, и с этим приходится считаться, в том числе и России.

Но все это ни при каких обстоятельствах не может отменить общую историческую судьбу наших народов, их стремление к взаимному сотрудничеству. Ненормально, когда мы с бывшими противниками легче находим общий язык, чем с представителями тех народов и армий, с которыми вместе сражались против общего врага. И с Польшей, и со странами Балтии, и тем более с их ветеранами войны у нас должны быть самые добрые отношения. Надо лишь как-то унять провокаторов и непрошеных посредников в нашем сотрудничестве, прямо и откровенно разговаривать друг с другом на исторические и современные темы, выясняя истины без помощи посторонних.

ОТ РЕДАКЦИИ САЙТА.

Каждый прочитавший статью до конца найдет в ней много интересных и точных оценок недавнего прошлого.Есть и прямое упоминание об отношении к ветеранам второй Мировой войны, т.е. нашим ветеранам. которым и посвящен сайт. Заслуживает внимание и оценка автора писательницей Ларисой ОСТАШЕВОЙ(отступление в тексте).

Махмут ГАРЕЕВ