Спецкомандировка… в Ок-Ридж

17 декабря 2013 года в Российском химико-технологическом  университете имени Д.И. Менделеева состоялось торжественное заседание, посвящённое 100-летию со дня рождения Жоржа Абрамовича Коваля, который был выдающимся педагогом, учёным и… военным разведчиком.

Руководители университета, преподаватели и студенты — друзья, коллеги и ученики Ж.А. Коваля — поделились воспоминаниями о своих встречах и впечатлениях об этом незаурядном человеке. Обобщённые факты, мысли и личные наблюдения, прозвучавшие в тот день в стенах университета, легли в основу этого очерка, посвящённого участнику Великой Отечественной войны Герою России Ж.А. Ковалю.

СЬЮ-СИТИ – БИРОБИДЖАН – МОСКВА

Жизнь и деятельность Жоржа Абрамовича Коваля до мельчайших деталей изучена специальными службами Советского Союза и США. Разведывательными и контрразведывательными органами двух государств выявлены все его родственники, школьные друзья, однокурсники, места учёбы и службы в американской и Советской Армии, определены большие и маленькие населённые пункты и крупные города, где он родился, жил, учился и работал. И всё же в жизни Ж.А. Коваля осталось немало тайн, в которые он в силу ряда причин не посвящал никого. К одной из таких тайн можно отнести даже имя Коваля, которое в официальных документах США звучит как Джордж, а в России — как Жорж. Почему так произошло? Постараемся ответить и на этот вопрос. Но сначала несколько слов о том, где родился Коваль и в какой семье рос.

Отца будущего химика и военного разведчика звали Абрам Исаакович Коваль. В начале ХХ века он жил и работал в местечке Телеханы, которое располагалось в одном из районов в те годы несуществовавшей Белоруссии. Жизнь плотника Абрама Коваля складывалась не так, как он хотел бы. Поэтому молодой плотник решил выехать в США, где уже обосновались некоторые из его родственников и кое-кто из друзей. Они и позвали его в Америку.

В 1910 году Абрам Коваль оказался в американском городе Сью-Сити, который располагался на границе трёх штатов: Южной Дакоты, Небраски и Айовы. Официально считалось, что Сью-Сити находится в штате Айова. Географически так и было. Городок был маленьким, одноэтажным и беспокойным. На его улицах бесчинствовали местные и заезжие гангстеры. Крупных промышленных предприятий не было.
Абрам Коваль был хорошим плотником. Он без особого труда нашёл работу на создававшейся в городе пилораме. Природная склонность к изучению иностранных языков позволила ему быстро освоить разговорный английский язык. Он стал относительно хорошо зарабатывать.

По крайней мере, в США он стал получать больше, чем в России. Это позволило ему скопить немного денег и купить деревянный дом. Было в том доме пять маленьких комнат. Дом требовал значительного ремонта, но это не пугало плотника — с деревом он обращаться умел, а работа на пилораме давала ему возможность приобрести необходимые стройматериалы по сходной цене. После этого он пригласил свою невесту Этель Шеницкую, которая жила в России, перебраться к нему в Сью-Сити. Вскоре у молодой семьи появились дети. Один за другим родились три сына — Шая, Джордж и Гейби. У каждого из них — интересная и сложная судьба.

Джордж учился в местной школе. Учителя высоко оценивали его достижения в учёбе. В пятнадцатилетнем возрасте Джордж занимал первые места в различных школьных конкурсах. О его достижениях в учёбе даже писала местная газета. Название её установить не удалось, но заметка о Джордже Ковале, опубликованная в той газете в 1928 году, отыскалась. В ней было всего 25 строчек. Называлась заметка так: «Самый молодой ученик выпускного класса Центральной высшей школы — лучший студент».

Заметку сопровождала фотография Джорджа Коваля, который был «активным членом литературного общества и стал лучшим докладчиком в межшкольных дебатах».
Автор заметки с нескрываемым удовлетворением сообщал о том, что Джордж Коваль также стал «лучшим по успеваемости учеником, проявил лучшие лидерские качества и характер».

После окончания школы Джордж Коваль поступил на электромеханический факультет местного университета. Будущую специальность он тоже осваивал вполне успешно.
1929 год в США — период депрессии. В Сью-Сити тоже было много безработных. Местная молодёжь боролась за свои права. Коваль принимал участие в уличных демонстрациях и дважды был арестован полицией. До суда дело не доходило, и его отпускали на свободу. Обучение в университете Джорджу Ковалю завершить не удалось, так как его родители решили выехать на постоянное место жительства в СССР, где была создана Еврейская автономная область. Многие американские еврейские семьи в те годы отправились через Тихий океан в СССР в поисках лучшей жизни. Семья Коваль не стала исключением.

Путешествие через Тихий океан они совершили на пароходе «Левитан».
Оказавшись в России, семейство Коваль обосновалось в Биробиджане, который в мае 1934 года стал столицей Еврейской автономной области. Началась новая жизнь. Переселенцы из США стали членами коммуны «Икор». Им выделили жильё. Отец стал работать по специальности, строил новые дома. Сыновья работали в коммуне. В России Джорджа Коваля стали называть по-русски Жорж. Так его называла мама Этель. Так и было зафиксировано в паспорте.

Вначале Жорж Коваль трудился на лесозаготовках, затем работал драноколом, потом — слесарем по ремонту сельхозтехники. В колхозе Жорж Коваль трудился ударно. В соревнованиях среди колхозников он по трудовым показателям занимал призовые места. Поэтому в 1934 году был премирован поездкой в Москву.
Оказавшись в советской столице, Жорж решил поступить на учёбу в технический вуз. Выбор был сделан. Коваль успешно сдал вступительные экзамены и в том же 1934-м стал студентом Московского химико-технологического института имени Д.И. Менделеева. Это событие было отражено в местной газете, которая издавалась в Биробиджане.

В небольшой заметке, которая называлась «Отличник Коваль», было написано, что Жорж Коваль родился в Америке, учился в университете два года и работал по вечерам в больнице санитаром. Плата за работу — питание. И далее: «Кризис сковал Америку. Из больницы Коваля выгнали. В США 2 миллиона безработных. Университеты пустеют, да и зачем учиться? Но бывает на свете счастье. Повезло и Жоржу: он в 1932 году вместе с семьёй приехал в Советский Союз. В 1934 году поступил в институт. «Да, у нас счастливо и радостно жить, есть все возможности учиться отлично, окончить институт и заняться интересной работой. Призрак безработицы не стоит у нас за спиной». Так восторженно писала биробиджанская газета в 1934 году.

В Московском химико-технологическом институте Жорж Коваль учился старательно, был принят в комсомол, однокурсники избрали его своим профсоюзным лидером. В 1939 году, как и других студентов призывного возраста, Ж. Коваля пригласили в районный военный комиссариат Москвы. В те годы служить в Красной Армии было не только почётно, но и для всех молодых граждан СССР обязательно. Во время посещения военкомата 11 февраля 1939 года Жорж собственноручно написал «социалистические обязательства», в которых отразил свою личную подготовку к службе в армии.

Вот текст этого документа:
«Я, допризывник, рождения 1913 года, — писал Жорж Коваль, — учусь в МХТИ имени Менделеева и беру на себя обязательство использовать свободное время для подготовки себя к призыву в ряды нашей непобедимой РККА.
Я обязуюсь явиться на призывную комиссию с высшим образованием, подлечиться, особенно зубы, и заниматься спортом.
Обязуюсь защитить диплом на отлично, проявлять большевистскую бдительность, регулярно читать газеты, сдать зачёт по курсу «Основы марксизма-ленинизма» на отлично, а также беру обязательство оказывать помощь допризывнику студенту МХТИ Вадиму Руденко…»

Слово своё студент сдержал. Он разработал интересную дипломную работу по тематике лаборатории редких газов, которую успешно защитил в 1939 году, изучил около 50 предметов и только по органической химии и политической экономии получил оценку «хорошо». Все остальные оценки — «отлично». Видимо, деньги и политэкономические премудрости общества интересовали молодого Коваля менее других наук.
Блестяще выдержав государственные экзамены, Джордж Коваль получил, как и обещал в своих социалистических обязательствах, диплом с отличием. Из этого можно сделать лишь один вывод — студент Коваль слов на ветер не бросал. Это тоже характер. Тот самый мужской характер, о котором ещё в 1928 году писала американская газета, издававшаяся в городке Сью-Сити.

Так сын плотника из колхоза Икор получил высшее образование, окончив один из лучших советских технических институтов. В дипломе указывалось: «Решением государственной экзаменационной комиссии от 20 июня 1939 г. присвоена квалификация инженера-технолога с отличием».
По рекомендации государственной экзаменационной комиссии молодой инженер Жорж Коваль без экзаменов был зачислен в аспирантуру. Члены ГЭК заметили у молодого инженера Коваля задатки исследователя и, возможно, будущего учёного. В годы учёбы в институте Жорж увлёкся одноклассницей, которую звали Людмила. Она была хороша собой, училась легко и уверенно осваивала наследство великого русского химика Д.И. Менделеева.

В 1936 году Жорж Коваль стал главой молодой семьи. Жена его, Людмила Александровна Иванова, была внучкой московского фабриканта, который специализировался на производстве кондитерских изделий и имел в Москве на Мясницкой улице собственный магазин. Отец Людмилы был офицером русской армии. После революции в 1918 году он добровольно вступил в ряды Красной Армии, сражался с басмачами в Туркестанском крае. В 1923 году заболел туберкулёзом и вскоре умер.

Молодожёны были вместе недолго. В их семью, проживавшую на улице Большая Ордынка, неожиданно вмешались особые обстоятельства. Жорж Коваль попал в поле зрения советской военной разведки, представители которой подбирали для работы в Разведывательном управлении Генерального штаба Красной Армии новых сотрудников — талантливых молодых офицеров и лучших выпускников столичных вузов. Жорж Коваль оказался среди избранных.

Директор МХТИ имени Д.И. Менделева А. Пильский и секретарь парткома института К. Новиков по запросу представителя военной разведки дали Ж. Ковалю следующую характеристику:
«…Коваль Ж.А. родился в 1913 году в США, гор. Сью-Сити, штат (не указан), приехал в СССР в 1932 г. вместе с семьёй в Биробиджан. Семья Коваля сейчас живёт в Еврейской автономной области. Оканчивает МХТИ им. Менделеева по специальности «технология неорганических веществ». Успеваемость отличная. К учёбе относится добросовестно. Член ВЛКСМ с 1936 года. Политически развит. Принимает активное участие в общественной работе — работал председателем профцехбюро факультета. До института работал в колхозе, а также в слесарных мастерских. Может быть использован в качестве цехового инженера, а также на работе по проектированию.
За границей имеет ряд родственников, с 1937 года связей с ними не имеет…»

В характеристике нет ни слова о том, что Коваль может быть использован на ответственной зарубежной работе. Таких заключений от руководителей Московского химико-технологического института не требовалось. Да и вряд ли они имели представление о том, что выпускником руководимого ими учебного заведения заинтересовалась военная разведка.

1939 год закончился для семейства Коваль неожиданно. Людмила получила направление на работу в Наркомат химической промышленности СССР на должность старшего инженера. Жорж оказался в распоряжении Разведывательного управления Генштаба Красной Армии и стал слушателем разведывательной школы. В разведшколе он учился успешно. В выпускной характеристике записано, что он освоил полный курс обучения. Начальник разведшколы, кроме обязательных в те годы слов, что молодой разведчик «предан делу социалистической Родины», написал и нестандартный вывод: «Коваль — способный специалист».

ОПЯТЬ В США

После окончания разведывательной школы Ж.А. Коваль стал секретным сотрудником Разведывательного управления. С ним лично беседовал начальник управления Герой Советского Союза генерал-лейтенант И.И. Проскуров. Видимо, начальник военной разведки остался доволен встречей с Ж. Ковалем и утвердил задание, которое разведчик должен был выполнить во время специальной командировки в США. В те годы одной из задач советской военной разведки являлось добывание достоверных сведений о химическом оружии, которое находилось на вооружении армий ведущих мировых держав. Химические отравляющие вещества, применение которых было запрещено международным соглашением, тем не менее тайно производились в ряде стран и стояли на вооружении их армий. Химические ОВ относились к категории эффективных средств массового уничтожения и поэтому накапливались в значительных количествах в нацистской Германии, США, Великобритании и других странах. В 1940 году советской военной разведкой также были добыты сведения о том, что японская Квантунская армия имеет на вооружении и бактериологическое, крайне опасное оружие, способное поражать людей, животных и растения.

Учитывая, что Ж. Коваль учился в химико-технологическом институте, командование Разведывательного управления, направляя его в США, поставило перед ним задачу — добыть сведения о производстве там химических отравляющих веществ. Находясь в спецкомандировке, Коваль должен был «вербовать источников сведений по вопросам химии и использования её в военном деле, особенно в области создания отравляющих веществ». Он должен был «добыть рецептуры стойких отравляющих веществ типа иприт и их смесей, а также новых типов ОВ…».

В задании на командировку указывалось, что разведчик Ж. Коваль также должен «добыть сведения о бактериологическом оружии, имеющемся на вооружении армии США». Перечень американских лабораторий, фирм и заводов, связанных с разработкой и производством химического и бактериологического оружия, предназначенного для массового уничтожения войск противника, был невелик, но конкретен. Разведчик Ж. Коваль запомнил его и отправился в США, для того чтобы проникнуть в тайны производства химических отравляющих веществ и смертоносных бактерий. В 1940 году начальник Разведуправления Генштаба Красной Армии И.И. Проскуров утвердил псевдоним Жоржа Коваля. В Центре о нём знали всего несколько человек и называли его «Дельмар».

В США молодой военный разведчик рискнул и воспользовался своими американскими документами. Он вновь стал Джорджем Ковалем, парнем из Сью-Сити.
Коваль обосновался в Нью-Йорке. Он должен был работать в резидентуре, которой в те годы руководил Артур Адамс. Этот разведчик был обвинён в связях с неким троцкистом Блюгерманом, вызван в Москву, уволен из военной разведки. Однако командованию Разведуправления удалось добиться оправдания Адамса, он был вновь принят на работу и в 1939 году направлен в США. Генерал-лейтенант И.И. Проскуров, видимо, опасался, что Артуру Адамсу НКВД может предъявить новые обвинения. Поэтому миссия Коваля состояла в том, чтобы не только проникнуть в тайны производства химического и бактериологического оружия, но и быть готовым занять пост резидента Адамса, если его вновь отзовут в Москву для разбирательств.

К счастью, советская контрразведка оставила в покое Артура Адамса и он продолжил работу в США, успешно решая задачи по добыванию сведений о производстве химических отравляющих веществ и средств защиты от них. Центр подчинил Коваля другому резиденту, который в нём числился под оперативным псевдонимом «Фарадей».
Операция «Дельмар» продолжала реализовываться, но получила самостоятельное направление, независимое от деятельности А. Адамса.
Коваль продолжал жить в Нью-Йорке. Наладил связь с Москвой, получил указание, куда и как устроиться на работу.

В 1943 году произошли события, которые существенно изменили положение «Дельмара». Как и многих других молодых граждан США, Коваля должны были призвать на службу в американскую армию. Разведчик доложил об этом в Центр и попросил рекомендаций. Американская армия не интересовала советскую разведку. Поэтому разрешать разведчику идти на службу не было никакого смысла. Это только оторвало бы его от выполнения основной задачи — добывания сведений об американском химическом оружии.
Центр дал «Дельмару» указание, которое сводилось к тому, что, если удастся избежать призыва в армию, то надо воспользоваться этим. Но если призыв будет неизбежен, то ему следовало подчиниться судьбе. Ковалю пришлось подчиняться судьбе. Именно это принесло и ему, и советской военной разведке большую удачу.

Поскольку Коваль имел документы, подтверждающие, что он окончил два курса американского технического университета, то его вскоре после призыва направили на учёбу. На этот раз рядовой Коваль попал на специальные курсы, созданные при Нью-Йоркском городском колледже. Программа по подготовке специалистов называлась ASTP — специальная программа подготовки кадров для армии США.

Вместе с Ковалем в колледже Нью-Йорка обучались 39 молодых солдат. Некоторые из них после окончания Второй мировой войны станут известными учёными, другие — серьёзными аналитиками ведущих американских корпораций, которые работали на американский атомный проект. Некоторые из сокурсников Коваля до сих пор живы и достигли высокого положения в научном мире США.

В августе 1944 года рядовой американской армии Жорж Коваль успешно завершил обучение на курсах АSTP и был направлен для прохождения службы на секретный объект в город Ок-Ридж (штат Теннесси). Это был один из американских городов-призраков, вокруг которых американская контрразведка создала свою мёртвую зону, так как на этих объектах разрабатывались компоненты для первых американских атомных бомб. О таком оружии и его невероятных поражающих факторах знала в те годы лишь небольшая группа американских и британских учёных-физиков. Объединив усилия, они пытались ускоренными темпами создать эту бомбу.

Перед отъездом в Ок-Ридж Коваль встретился с «Фарадеем», доложил о назначении на работу в город «Х». Разведчики отработали условия связи. Они были просты: как только представится возможность, «Дельмар» должен сообщить о себе и своей работе. Были предусмотрены и условия для передачи сведений об объекте, которые, как предполагали разведчики, должны представлять интерес для разведки.
Ни «Дельмар», ни «Фарадей» не знали, что выпускнику Московского химико-технологического института предстояло стать сотрудником одного из самых секретных американских военно-промышленных объектов.

Вскоре «Дельмар» попал в закрытый американский атомный город, стал одним из сотрудников завода по производству радиоактивных материалов. Спецкомандировка Ж. Коваля в США неожиданно превратилась в спецкомандировку в Ок-Ридж, в город, которого ещё не было на географических картах.

В ОК-РИДЖЕ

То, что «Дельмар» увидел в Ок-Ридже, его удивило. На заводах, построенных в этом городе, работали несколько десятков тысяч учёных, инженеров, технических специалистов, полицейских, агентов Федеральной службы безопасности и военной контрразведки. Город был похож на крепость, или, скорее, на резервацию, в которой подвергались добровольному заключению лучшие научные умы Америки. Въезд и выезд из Ок-Риджа был ограничен и строго контролировался. Город носил условное название «Объект компании «Кемикэл инжениэринг воркс». Сотрудники этой фирмы выполняли значительный объём работ в рамках атомного проекта США.

В 1943 году советская военная разведка из данных Клауса Фукса уже знала о существовании в США лабораторий по ядерным исследованиям в Лос-Аламосе и Чикаго. О существовании Ок-Риджа в Москве сведений ещё не было.
Через полгода «Дельмар» получил первый отпуск. Это позволило ему покинуть закрытую зону и встретиться с «Фарадеем». После той встречи в Центр была направлена срочная радиограмма, в которой докладывалось о существовании Ок-Риджа, о производстве обогащённого урана и плутония. Сообщалась также должность, которую Джордж Коваль занимал на одном из заводов. Несколько позже в Москву были направлены и другие важные сведения об атомном городе и его лабораториях.

Сведения «Дельмара» были интересными. Военной разведке стало точно известно местонахождение атомного города, существование которого тщательно скрывалось американцами. Даже агент советской разведки Клаус Фукс, который занимался разработкой математического аппарата газодиффузионного процесса и решением технологических проблем строившегося комплекса в Ок-Ридже, ни разу в этом городе не был. Фуксу, как и другим британским учёным, также было запрещено посещение ядерного комплекса в Хэнфорде, где производился плутоний, и объекта «Х», за которым скрывался завод в Ок-Ридже.

От «Дельмара» стало известно, что в Ок-Ридже производится обогащённый уран и плутоний, что этот объект разделён на три основных литерных сектора:  К-25, У-12 и Х-10.  «Дельмар» работал на предприятии Х-10, которое было меньше по размерам, чем первые два. На нём трудились около 1.500 человек. На объекте Х-10 действовала секретная установка по производству плутония. Жорж Коваль был единственным советским разведчиком, который держал в собственных руках образец плутония, полученного американцами.

(окончание следует)

****