Истина во второй инстанции


Истина во второй инстанции

Почти два года назад в России был введен новый (вернее, хорошо забытый старый) вид судопроизводства — апелляционный.

Необходимость его появления возникла после присоединения нашей страны к Европейской конвенции о защите прав человека.

За время действия этой нормы у участников судебного процесса не раз возникали вопросы по поводу ее применения. Разъяснения были даны в постановлении Пленума Верховного Суда РФ. О том, что изменилось в судах после восстановления апелляции, о ее роли и месте в процессе член президиума Ассоциации юристов России Михаил Барщевский побеседовал с заместителем председателя Верховного Суда РФ, заслуженным юристом России Василием Нечаевым.

Михаил Барщевский: Василий Иванович, вам не кажется, что на фоне других постановлений Пленумов ВС — по защите прав потребителей, необходимой обороне, наследству — постановление Пленума по апелляции выглядит довольно скучным? Чем была вызвана необходимость проведения пленума по этой теме?

Василий Нечаев: 9 декабря 2010 года президент России подписал Федеральный закон о внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс РФ. Эти изменения были существенными, масштабными. В ГПК был введен новый вид судопроизводства — апелляционный. Хотя районные суды и проверяли в порядке апелляции решения мировых судей, это производство находилось, можно сказать, в зачаточном состоянии.

Изменения, внесенные в ГПК 9 декабря 2010 года, разработали детальный порядок апелляционного производства, сделав его четким и ясным. Тем не менее судебная практика последних полутора лет накопила немало вопросов. Постановление Пленума призвано разъяснить эти вопросы, обеспечить единство судебной практики.

Постановление представляется скучным только обывателям. Специалистам, участвующим в процессе — судьям, адвокатам — оно жизненно необходимо.

Барщевский: А в чем смысл апелляционной инстанции? Чем не устраивала старая схема?

Нечаев: Старая схема перестала устраивать после того, как Россия присоединилась к Европейской конвенции о защите прав человека.

В европейских странах вторая инстанция как раз апелляционная. Кстати, в дореволюционной России вторая судебная инстанция тоже была апелляционная. По сути, мы вернулись к тому, что у нас уже когда-то было.

Барщевский: Получается, что одно и то же дело теперь просто рассматривается два раза? Или есть какая-то разница между первой инстанцией и апелляцией?

Нечаев: Разница существенная. Повторное рассмотрение дела происходит по правилам суда первой инстанции, но с учетом особенностей главы 39 ГПК РФ, а именно тех изменений, которые были внесены в нее уже упомянутыми президентскими поправками.

В первой инстанции полностью рассматриваются все действия. В апелляционном производстве даются объяснения лицами, участвующими в процессе и подавшими апелляцию, но исследования материалов самого дела может не проводиться, если об этом не просят.

Суд может отказать в оглашении материалов также в том случае, если сторона, подавшая апелляцию, настаивает на этом, но злоупотребляет своими процессуальными правами.

Барщевский: В апелляционную инстанцию можно вызвать свидетеля, который не был в первой инстанции?

Нечаев: Еще в Послании Президента 2009 года прямо указывалось, что суды апелляционной инстанции должны либо оставлять решения без изменений, либо выносить новое решение в случае отмены предыдущего.

В отличие от кассации, которая может отменить решение и передать дело на новое рассмотрение, апелляция не может вернуть дело в первую инстанцию. Если имеются какие-то неясности, пробелы, допущенные судом первой инстанции, апелляция сама должна их устранить.

Вот почему этой инстанции предоставлено право истребовать письменные доказательства и допрашивать свидетелей.

Барщевский: Изменилась ли скорость рассмотрения дел от начала до конца после введения новой инстанции?

Нечаев: Конечно, с учетом апелляционной инстанции, и имеющийся опыт это полностью подтверждает, дела слушаются дольше. Это и понятно, здесь ведется полный протокол заседания по каждому делу, фиксируются объяснения участников и исследования обстоятельств дела, допрашиваются свидетели и иногда назначаются экспертизы, проведение которых, как правило, занимает не один день.

Барщевский: Но раньше с момента подачи искового заявления в суд до надзора проходило полтора года. Сколько времени занимает это сейчас с учетом апелляции? Возможно, у вас, как и у арбитражников, появление новой инстанции привело к резкому сокращению обращений в кассацию и надзор?

Нечаев: В целом, вторая инстанция, конечно, снижает сроки рассмотрения дела. Прежде всего именно потому, что у апелляции нет полномочий направлять дело на новое рассмотрение. Повторное рассмотрение дел длилось порой годами. Практика апелляционной инстанции еще не показала, какое количество дел обжалуется в кассационном порядке, но то, что снижение обращений в кассационную инстанцию произошло, уже очевидно.

Рассмотрение в апелляционной инстанции, видимо, более понятно людям и вызывает повышенное доверие с их стороны.

Барщевский: Скажите, по каким делам можно обращаться в апелляцию? Существуют ли на этот счет какие-либо ограничения?


Истина во второй инстанции

Нечаев: Апелляционное производство введено во все суды и для всех категорий дел, и, как правило, любые судебные акты могут обжаловаться в апелляционном порядке. Лишь один судебный акт — судебный приказ — составляет исключение. Его можно обжаловать только сразу в кассационной инстанции и, если ее решение не удовлетворило, — в надзорной.

Еще одно исключение составляют определения, которые выносит суд первой инстанции. Их, согласно закону, можно обжаловать в апелляции, если они препятствуют движению дела. Если же они не препятствуют движению дела, например, как определение о принятии дела к производству, они в апелляции проверяться не могут.

Барщевский: Что самое важное разъяснил Пленум для тех, кто будет читать его постановление?

Нечаев: Самое важное, Пленум разъяснил, что апелляционная инстанция рассматривает дело повторно, по правилам суда первой инстанции, но с учетом тех особенностей, которые указаны в главе 39 ГПК РФ.

Также важно разъяснение, что суды, если рассматривают дела с учетом особенностей, не имеют права направлять дело на новое рассмотрение, а должны выносить новое решение. Еще Пленум разъяснил, по каким основаниям, а они прописаны в ГПК, суд второй инстанции должен перейти к рассмотрению дела полностью по правилам суда первой инстанции без учета особенностей главы 39.

В этом случае апелляция, по сути дела, полностью работает как суд первой инстанции.

Барщевский: Как создаются апелляционные инстанции и сколько их в Москве?

Нечаев: В Москве одна — апелляционная инстанция Московского городского суда. И по одной апелляционной инстанции — во всех областных и приравненных к ним судах. Есть она и в Верховном Суде РФ.

Барщевский: Сегодня, кроме уголовного и конституционного процесса, наши интересы в суде представляет кто угодно, иногда — люди без юридического образования, бывает — и с уголовным прошлым. Недавно я опубликовал статью, в которой предложил ввести для выступающих в суде судебный сертификат.

Адвокаты его получат автоматически, а остальные, если соответствуют формальным требованиям, сдав квалификационный экзамен, получат сертификат в территориальном управлении юстиции. Я предложил это в первую очередь из уважения к суду. Как вы считаете, нужна ли России такая система?

Нечаев: Я согласен с тем, что интересы в суде должны представлять не все, кто этого хочет, а знающие право люди. Я уже давно работаю судьей и пришел к твердому убеждению, когда интересы клиента представляет адвокат или человек, обладающий качественной юридической подготовкой, судье готовить материалы дела гораздо легче.

Специалисты и материалы подготовят как надо и доказательства соответствующие представят. Не все, а относимые к делу. Они не будут вводить в заблуждение участвующих в процессе лиц.

Барщевский: Почему вы стали судьей?

Нечаев: Поскольку я окончил тогда еще Саратовский юринститут с отличием, мне предложили работать судьей. Я был удивлен, поскольку это было очень ответственно, но согласился и был избран в Ленинский районный суд Саратова. И тогда, и сейчас звание судьи было очень престижным, по сути, наша профессия может увенчать любую юридическую карьеру.

Барщевский: А вам никогда не хотелось поменять профессию, стать адвокатом, прокурором?

Нечаев: Я искренне с величайшим уважением отношусь к названным вами профессиям, но у меня никогда не возникало даже мысли уйти из судей.

Ключевой вопрос

Барщевский: Получается, там где раньше была кассация, теперь — апелляция, а кассация еще дополнительно?

Нечаев: Но организационно и по полномочиям они совершенно другие. Поскольку на апелляционное рассмотрение дела требуется значительно больше времени, чем раньше — на кассационное, у нас были увеличены штаты, расширены площади для судов. В Мосгорсуде и Челябинском областном суде возведены апелляционные корпуса.

Я не согласен с тем, что это простая смена вывески. Не соглашусь и с мнением, что сегодняшняя кассация — это вчерашний надзор. Кассация стала совершенно новой судебной инстанцией. Надзор же сейчас принадлежит только Президиуму ВС РФ.

Опубликовано в РГ 12 июля 2012 г.

М.Барщевский,В.Нечаев