Адвокаты от обвинения (Extra Jus)

14.11.14-kalejimas-65922220

В российской следственно-судебной системе по делам публичного обвинения лишь менее 1% обвиняемых получают оправдательные приговоры. Причины такой ситуации обычно ищут в работе следствия, суда, прокуратуры. 

Однако есть и еще один важный фактор — устройство российской адвокатуры, механизм обеспечения защиты подозреваемого по уголовному делу. В большинстве уголовных дел интересы обвиняемого представляют адвокаты, которые работают «по назначению», за счет государства. В основном это касается дел в отношении низкостатусных обвиняемых — безработных (64% таких подсудимых) и тех, кто занимается физическим трудом (еще 24%), а также дел, в которых обвиняемый признает свою вину (92%).

Время занятости адвоката, работающего по назначению, исчисляется в днях, которые он фактически потратил на работу по уголовному делу — вне зависимости от ее длительности в течение дня. В юридическом сообществе для обозначения этой единицы времени используется термин «судодень». За один рабочий день адвокат может закрыть несколько судодней, если он присутствовал на нескольких следственных или судебных действиях. Например, поприсутствовать при ознакомлении с результатами экспертизы 5-6 подозреваемых за день. Количество и оплату судодней контролирует следователь, дознаватель или судья — в зависимости от того, в досудебном или судебном разбирательстве участвует адвокат.

Когда адвокат, работающий по назначению, попадает в дело благодаря тесным связям с работниками правоохранительных органов, его в юридическом сообществе называют «карманным». Под «карманностью» понимают готовность адвоката явиться к следователю по личному звонку и провести в его кабинете большую часть своего рабочего времени. Один и тот же адвокат может быть карманным в одном деле и более активным в другом. Действуя как карманный, адвокат не ходатайствует о проведении дополнительных следственных действий и экспертиз, не учит обвиняемого давать показания, не отговаривает его от признания вины, не пытается найти процессуальные ошибки следствия.

Такое бездействие ускоряет процесс расследования и увеличивает вероятность обвинительного приговора в суде. Поэтому следователи предпочитают работать с адвокатами доступными, удобными и предсказуемыми. Высокая нагрузка судей создает предпосылки для создания ниши «коридорных» адвокатов в суде. Следственные и судейские адвокаты — это две разные группы; частая ситуация, когда у обвиняемого на этапе следствия один адвокат, а в суде — другой.

Доступность адвокатов и предсказуемость их действий — вот два ключевых маркера карманных и коридорных адвокатов. В американской социологии права сотрудничество адвокатов с правоохранителями и судьями описывается понятием «рабочая группа в суде». Рабочая группа из судьи, прокурора и адвоката складывается благодаря тому, что личные и организационные стимулы ключевых участников судебного процесса пересекаются, делая торг о признании вины (plea bargaining) выгодным путем для всех участников. Признание вины увеличивает скорость рассмотрения дела (для судьи), обеспечивает обвинительный приговор (для прокурора) и уменьшает размер наказания подсудимого (для адвоката).

В России рабочие группы работают похожим образом не только в суде, но и на следствии. С точки зрения американских ученых, в самом складывании рабочих групп нет ничего плохого. Адвокат хочет добиться определенных преимуществ для подсудимого и пытается найти компромиссное решение. Однако российские карманные адвокаты работают не на клиента, а на систему правоохранительных органов. Их функция заключается в том, чтобы в нужное время оказаться в нужном месте и соблюсти все необходимые формальности (подписать протокол и выразить согласие стороны защиты с судом).

Цель такого адвоката — это не смягчение наказания для подозреваемого, а поддержание хороших отношений со следователем, дознавателем и судьей, поскольку именно они обеспечивают завтрашнюю занятость этого адвоката и удобные условия его труда. И хотя адвокатское сообщество давно стремится искоренить проблему «карманности», за 13 лет существования российской адвокатуры в ее нынешнем виде это сделать не удалось. Предложение возникает там, где есть спрос.

Речь не идет о том, что есть некий корпус карманных и коридорных адвокатов, которым противостоят хорошие и честные. Подавляющее большинство адвокатов периодически оказывается в ситуации, когда реальный заказчик его работы — не подсудимый, а следователь или судья. Этот же адвокат в ситуации, когда реальный заказчик его работы — подзащитный, может работать принципиально иным, не кооперативным и тщательным образом.

Для изменения ситуации нужно пересмотреть организационные стимулы. Сторона обвинения не должна нанимать противника сама себе. Одно из возможных решений (реализованное в некоторых регионах) — это создание независимой диспетчерской службы, которая распределяет дела между адвокатами по назначению. При такой системе судьи и следователи не обращаются к адвокату лично, а звонят в диспетчерскую службу, которая присылает им адвоката. Это не ликвидирует рабочие группы, но хотя бы снижает зависимость завтрашней занятости адвоката от степени кооперативности его сегодняшнего поведения.

18.12.2014

Екатерина Моисеева
Юлия Шестернина

18.12.2014,

Авторы — младшие научные сотрудники Института проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге

Комментарии:

Анатолий Плужников -Примеров, когда «карманные адвокаты» приносят пользу только владельцам карманов можно приводить массу.Это явление настолько распространено, что необходимо продумывать систему ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ НА ЗАЩИТУ малоимущим не стороны следствия, прокуратуры и суда, а со стороны специально создаваемых Фондов правовой защиты граждан государства.И пусть отчисления в этот фонд будут не только добровольные со стороны предпринимательских структур, благотворителей, но и обязательного налога с работников правоохранительных структур (судьи, прокуроры и следователи, исполнители наказаний), чтобы чувствовали, что и они ответственны за объективное и правильное применение правовых санкций.А так они просто в своей независимости он наказываемых чувствуют себя непогрешимыми и неприкасаемыми.О таких говорят: «Как с гуся вода!»

AnMihMi →Анатолий Плужников

Как можно понять из статьи, проблема не в фондах, а в том, как происходит приглашение адвокатов. Потому важнее именно процесс диспетчеризации приглашения.


В СТОРОНУ: у фондов могут быть опасные побочные интересы:
Так, через фонды Ходорковского финансировались якобы независимые специалисты, его же (Ходорковского) дело экспертирующие. В итоге, один известный экономист (Гуриев) зачем-то стал делать юридические выводы о деле Ходорковского, явно за пределами вопросов экономики. Конечно, последующее давление следователей на Гуриева выглядит не лучшим образом, но он-то сам ради чего вышел за пределы своей компетенции, причём в пользу выгодополезного фонда? Неприлично

Анатолий Плужников  →AnMihMi

Фонд УЧРЕЖДАЕТСЯ!
От учредителей зависит ПОЛИТИКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И СПРАВЕДЛИВОСТИ РЕШЕНИЙ. Если государству не только учреждает, но и обеспечивает через определённые структуры политику и функционирование Фонда, способствуя его наполнению через налоговую нагрузку на правоприменителей,  то вопросы защиты беднейших слоёв населения вступают в конкуренцию с системой защиты тех нарушителей законов, которые самостоятельно оплачивают карманных «адвокатов»!И в таком случае понятие АДВОКАТ  не будет равно понятию «защитник»!
Благодарю Вас за понимание проблемы, коллега!

http://www.vedomosti.ru/newspaper/article/815391

18.12.14.391_a_bigpic